Расписной

Да еще крупными буквами!

Не дожидаясь приглашения, Вольф оседлал лавку напротив и сноровисто сдвинулся вдоль стола, облокотившись на стену. Так удобней сидеть, к тому же всех видно и никто не подойдет сзади.

– Того, кто привык рулить, сразу видно, – пояснил он.

– Шустрый парень, – с неопределенной интонацией произнес Пинтос. – А что ты на потолке увидел?

– Лампочки без защиты, вот что. Можно бросить провод и током заделать мента. А потом забрать ключи и сделать ноги.

– Шустрый и все знаешь. А зачем ты здесь – знаешь?

– Конечно. – Расписной потянулся и пожал плечами. – Решили порядок в доме наводить. Вот во мне нужда и открылась.

– Чего?! При чем ты к порядку в крытой?![66]

– Да при том! В Бутырке я с Каликом по закону разобрался, люди одобрили. И здесь Микулу не раз поправлял. Не иначе вы меня решили вместо него смотрящим поставить.

– Ты чо гонишь?! – Возмущенный Микула вскочил на ноги. – Когда ты меня поправлял? Ты чо, галушки накушался? [67] Я вор!

Расписной ухмыльнулся и подмигнул окружающим. Нахальство и дерзость здесь в цене. Арестанты были явно сбиты с толку. А он подробнее оценил обстановку, исправляя ошибки первого впечатления. Авторитетов было не больше шести. Трое – явные торпеды, ожидающие сигнала. У всех троих руки за спиной.

– Вор… – Расписной презрительно скривился. – Да я б тебя за гальем не послал, не то что садку давить! [68] У нас в Тиходонске такие воры только мотылей моют! [69]

–Что?!

Простить такие слова – значит потерять лицо. Микула, выставив кулаки, бросился на обидчика. Не вставая, Расписной поднял навстречу ногу и резко разогнул коленный сустав. Удар пришелся в грудь. Микула опрокинулся на спину, гулко стукнувшись затылком, и остался лежать, раскинув крестом руки.

– Я ж говорил – какой из него смотрящий! – Расписной со смехом указал пальцем на поверженного противника. Какими бы ни были первоначальные планы «Индии», ему явно удалось перехватить инициативу и набрать очки. Но назвать это победой еще было нельзя.

– Махаться в хате западло! – мрачно сказал Пинтос. Он явно был выбит из колеи.

– С зачинщика первый спрос, – парировал Расписной.

– Ладно… Только хватит пургу гнать, тебя не за тем позвали. Непоняток много выплывает, разбор требуется!

Три человека встали со шконок и полукругом окружили стол. В руках у них были ножи. Настоящие ножи! Вольф глазам своим не поверил. В особорежимной тюрьме, где обыски проводятся по нескольку раз в день, нож в руках зэка все равно что пушка или танк у преступников на воле.

– Слышь, Пинтос, сейчас в хате будет три трупа, – тихим, но от того не менее ужасным голосом сказал Расписной. – Пусть спрячут перья и вернутся на место!

Наступила мертвая тишина.