Расписной

На маленького Вольфа произвели неизгладимое впечатление красные ковровые дорожки, торжественный оркестр в вестибюле, выдаваемые у входа в зал картонные очки с розовыми квадратиками целлулоида, делавшие экранное цирковое представление выпуклым и объемным. Сейчас он заброшен: потускнел, осел, покрылся пылью. Группа курсантов расположенного рядом мореходного училища лихо поет под гитару. Напротив, у причальной стенки, пришвартована парусная шхуна, на которой те же курсанты ходят на судоводительскую практику.

Дальше злачные места: ресторан «Речной», бар, шашлычная… Вдали мелькнула милицейская машина.

– Давай к восьмому! – приказал Волков.

Круглов с явной неохотой пошел на сближение, машины стали борт к борту. Кроме патрульных, в ПМГ-8 сидели две девушки. Шатов молодцевато выскочил наружу, подошел, доложился по форме:

– Товарищ старший лейтенант, за время дежурства никаких происшествий не произошло. Старший экипажа сержант Шатов!

– Кто в машине? – строго спросил Волк.

– Потерпевшие. У них сумочку выдернули. Ищем по горячим следам…

– Что ты несешь? Если грабеж, то почему не доложил дежурному, если ищете – почему стоите на месте? А сейчас я у них спрошу, кто у них что вырвал и кто вставить хочет!

Шатов увял и опустил голову.

– Быстро выгоняй их и неси службу, как положено!

Волк достал контрольный журнал, но раскрывать не стал. Слишком много недостатков – это мина, заложенная под зад самому себе.

– Давай наверх!

ПМГ-12 стала карабкаться по крутому подъему. Печатный переулок. Сколько помнил Волков, здесь всегда текла вода. Зимой и летом, осенью и весной. В рации раздался странный треск, потом треск повторился. Как будто кто-то переложил трубку с места на место. Или дважды провел ногтем по микрофону. Волк бы не обратил на это внимания.

«Слышь, маякует! – сказал кот. – Небось передает другим, что ты сегодня зверствуешь!»

– Это Шатов остальных предупреждает? – спросил Волк. Круглов едва заметно улыбнулся.

– Пусть предупреждает! Я пришел во взвод не на один день. И контроль будет постоянный! Так всем и передай!"

"Патрульный автомобиль вывернул с Печатного переулка на Магистральный проспект. Два центровых квартала – знаменитый Брод. Воспетые известным поэтом красивые женщины в открытых сарафанах, девушки в мини-юбках, шумные подростки с завязанными на впалых животах полами клетчатых рубах, солидные «взросляки», выбравшиеся сюда по старой памяти. Конечно, сейчас здесь не так многолюдно, как десять лет назад, но все равно гораздо оживленней, чем в других местах. Пьяных не видно, ничего подозрительного не происходит. Вот и ПМГ-5. Машина медленно ползет, прижимаясь к тротуару, патрульные фильтруют взглядами гуляющую публику. Словом, несут службу, как положено.