Расколотые сны

Не может!

Всю следующую неделю она не могла думать ни о чем, кроме встречи выпускников.

«Может, мое решение поехать – ошибка, которая мне дорого обойдется? Что, если Джим Клири все-таки явится? Сознает ли он, как жестоко ранил меня? Или ему все равно? И он вообще забыл мое имя?»

Ночью, накануне отлета в Бед форд, Эшли не могла уснуть. Она боролась с желанием все отменить и остаться дома.

""Я, кажется, окончательно спятила. Прошлое есть прошлое, и нечего дурью маяться. Что тебе до Джима и Джиму до тебя? У каждого своя жизнь”.

Получив билет, Эшли мельком взглянула и протянула билет кассиру:

– Боюсь, вы что-то напутали. Я лечу туристским классом, а это билет первого.

– Да, но ведь вы сами просили поменять его.

– Что? – ошарашенно переспросила Эшли.

– Вы звонили и попросили поменять билет, – повторил кассир, показывая Эшли листок бумаги. – Это номер вашей кредитной карты?

– Д-да, – медленно протянула Эшли. Она и не думала никому звонить.

*** Эшли приехала в Бедфорд рано утром и поселилась в гостинице курорта “Бедфорд Спрингз”. Веселье должно было начаться не раньше шести, и в оставшееся время она решила осмотреть город. Выйдя на улицу, она остановила такси.

– Куда прикажете, мисс?

– Провезите меня по улицам.

Она всегда считала, что, когда возвращаешься в родной город после долгой разлуки, все кажется меньше размером и словно бы постаревшим, но, на взгляд Эшли, Бедфорд разросся и стал куда красивее, чем десять лет назад. Такси колесило по знакомым местам. Они миновали здание “Бедфорд газетт”, телестудию, дюжину знакомых ресторанчиков и художественных галерей. Тут все по-прежнему! А вот и музей Форта Бедфорд и Мемориальная больница – изящный трехэтажный дом-с портиком. Именно здесь к отцу пришла мировая слава. Почему же в памяти живы ужасные, отвратительные скандалы между родителями? Они постоянно ссорились по одной и той же причине. Какой же? Теперь никак не вспомнить.

*** К пяти часам Эшли вернулась в отель. Пришлось переодеваться три раза, прежде чем она наконец остановилась на простом черном платье элегантного покроя. Пусть считают, что у нее все хорошо.

Ровно в шесть она вошла в празднично украшенный актовый зал Бедфордской школы, и ее сразу же обету пила толпа смутно знакомых людей. Некоторые одноклассники почти не изменились, остальных же было почти невозможно узнать. Но Эшли искала глазами только одно лицо. Лицо Джима Клири. “Каким он стал? Неужели приведет с собой жену?” Девушку то и дело окликали:

– Эшли, помнишь меня? Я Трент Уотерсон. Потрясно выглядишь.

– Спасибо. И ты тоже.

– Познакомься с моей половиной.

*** – Эшли, неужели это ты?

– Я. Э-э-э…

– Арт Дэвис. Забыла?

– Нет, что ты?

""Как он плохо одет! И держится неловко, что я чувствуя себя не в своей тарелке”.