Расческа для Лысого

Все, скоро звезда Ютуба буду, бл*! Надо это прекращать! – Я никогда с тобой не была! ты врешь все! Врешь!

– Лен! – Ванек смотрит умоляюще, опять хочет обойти парня, но тот опять не пускает. Ванек, уже нешуточно лупит его плечом, чтоб пропустил, и отшатывается от удара в корпус. Выдыхает, выпрямляется и с ревом бросается на обидчика.

А я отхожу все дальше и дальше, не желая участвовать в этом цирке. И так главная звезда опять. Опять будут голворить, что из-за меня все! А я тут вообще ни при чем! Не просила вмешиваться этого придурка! А другого придурка не просила сплетни обо мне распространять! Сами виноваты!

Я наблюдаю самую тупую в мире драку, когда один налетает на другого, силы примерно равны, и потому только уворачиваются и ищут момент, когда можно подловить. Понимаю, что мне надо бы остановитбь это все. Но вот пофиг. Пусть сами разбираются. А мне бы свалить отсуюда без последствий."

"Тут за спиной коротко гудит машина, я поворачиваюсь и вижу Мишин лексус, заезжающий на стоянку. Вот он останавляивается, вот ыводитльская дверь распахивается и выходит Миша. В темной кожаной куртке и джинсах, с сигаретой в зубах, он смотрится… Убойно. Я моментально забываю обо всем, и чувствую только, как коленки подгибаются. Сладко подгибаются.

Миша выпускает струю дыма, оценивает обстановку, и, судя по всему, она ему активно не нравится. Мой взъерошенный вид, толпа зевак у входа, двое расхристанных парней, один из которых утирает кровь из носа, наверняка, дополняют картинку, как паззлы.

Миша делает шаг ко мне, подхватывает за талию, целует. Коротко, но очень показательно. Так, чтоб всем было понятно, не добрый дядюшка за мной приехал. Я отвечаю, немного растерянно, но жадно. «Успела соскучиться за несколько часов», – простреливает мысль. И да, я попала. Попала, бл*!

Толпа одокурсников волнуется, я слышу, как кто-то свистит резко, но даже не оборачиваюсь, плевать потому что, кто и что подумает.

– В машину, – коротко командует Миша, и я тащусь от этого его спокойного тона, непробиваемой уверенности в себе. Он не спрашивает меня ни о чем, не предлагает мне начать рассказывать, оправдываться. Нет. Он реагирует на ситуацию предельно по-мужски. Сначала устранить угрозу мне, потом решить вопрос со всем остальным. И я, как пещерная женщина из каменного века, подчиняюсь. С легкостью и радостью. И это еще раз подтверждает мое подозрение: я окончательно е*нулась. На нем.

Миша дожидается, пока я сяду, захлопывает дверь и поворачивается к парням, молча пялящимся на нас. Спрашивает спокойно и дружелюбно:

– Вопросы, пацаны?

Судя по бледным лицам и молчанию, вопросов нет. Я смотрю на хмурого и злого парня, что меня хватал, на растерянного Ванька, на открывшую рот Машку, забывшую о расцарапанной роже, и нет, не испытываю торжества, как должна бы.