Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

А тебе вот, – с этими словами он положил на мою грудь маленький эмалированный белый крест на черно-оранжевой георгиевской колодке. – Ники просил тебе торжественно вручить. Ты награжден за мужество и героизм, проявленные при отражении неприятеля. Только ты такое лицо не делай, мы знали, куда едем, а потому у меня целый чемодан крестов. Ники там указы подписывает, а я тут от его имени вручаю.

Ты не думай, за то дело не только тебя наградили, невместно это. Твоему другу Сергею вручили Золотое оружие «За храбрость». Полковнику Бережному – Георгия 3-й степени. Одного Владимира 4-й степени даже отправили в Германию, чтобы немцы потом вручили своему агенту, который первым сообщил о подготовке провокации. Капитану 2-го ранга Гостеву тоже дали Владимира 4-й степени с мечами. Всем рядовым и унтерам дали солдатские кресты, а офицерам «Сметливого» – по «клюкве».

В отличие от тебя, вручать будем торжественно, после того как «Сметливый» присоединится к эскадре, так сказать на виду у всех.

– Сандро, – спросил я, поморщившись от неловкого движения, – скажи, что говорит ваш профессор, долго я буду здесь лежать?

– Во-первых, это не мой профессор… – ответил Сандро.

– Ладно, не придирайся к словам, – поправился я, – так что сказал профессор?

Сандро пожал плечами.

– Профессор Сергачев сказал, что через неделю ты будешь уже ковылять на костылях, а через месяц бегать за молоденькими санитарками. Они заковали твою поломанную ногу в такую вот интересную штуку, вот смотри… – с этими словами Сандро откинул в сторону край одеяла. Я чуть приподнял голову и скосил глаза. Моя нога была заключена в странную цилиндрическую металлическую конструкцию из спиц, колец и штырей.

Сандро закинул одеяло обратно.

– Наши костоправы, скорее всего, заковали бы тебя в гипс и заставили бы месяцами лежать неподвижно.

– Да-а-а, – только и сумел сказать я, уставившись в потолок. Этот разговор меня изрядно утомил, а кроме всего прочего, я должен был заново обдумать все свои прошлые поступки и планы на будущее. Если мне суждено что-то сделать, то я должен сделать это хорошо. При первой же возможности я должен буду вернуться к начатым на «Сметливом» тренировкам.

И еще… Чего не хватает нашему гвардейскому корпусу, так это лейб-гвардии батальона Морской пехоты, шефом которого я собираюсь стать сам. И что бы там ни говорили, кандидат на должность его командира у меня уже есть. Как только я поднимусь на ноги, я буду просить Ники о создании такого батальона. Вряд ли он мне откажет. А адмирала Ларионова попрошу о том, чтобы он отпустил поручика Сергея Никитина и его людей со мной в Санкт-Петербург. И с кем бы ни свела меня судьба, я в первую очередь буду сравнивать этого человека с поручиком Никитиным, с полковником Бережным, с адмиралом Ларионовым.