Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Дворец был ярко освещен и гудел, как растревоженный улей. Лакей у входа, узнав генерала Ширинкина, молча проводил нас до залы, где постепенно собирались высшие должностные лица Российской империи. Кроме Марии Федоровны, Николая II, Ксении и Нины Викторовны присутствовали также министр внутренних дел фон Плеве и министр иностранных дел Дурново. Лакей шепотом сообщил генералу, что из Кронштадта выехал вице-адмирал Макаров.

При нашем появлении Николай быстро обернулся. На его лице отразилась целая гамма чувств, от беспокойства до гнева. Не дожидаясь его вопроса, я подошел и вручил ему последнюю радиограмму. Император быстро пробежался по ней глазами. Потом, вздохнув с облегчением, он поднял взгляд и произнес:

– Господа, должен с радостью вам сообщить, что жизнь брата находится вне опасности. Сейчас его лечат врачи, равных которым нет ни в Германии, ни в Англии. Также стало известно, что в присутствии великого князя Александра Михайловича и наместника на Дальнем Востоке адмирала Алексеева начат первый допрос людей, руководивших злоумышленниками. Но уже сейчас понятно, что действовали они в соответствии с приказами, полученными свыше. Следствие еще должно установить, кто непосредственно виновен в этом ужасном происшествии – только ли первый лорд Адмиралтейства, сэр Уильям Уолдгрейв, или еще и его непосредственный начальник, премьер-министр сэр Артур Джеймс Бальфур.

Но это уже не важно. Даже просто нападение на корабль под Андреевским флагом может служить достаточным поводом для объявления войны. Но нападение на моего брата и наследника нельзя рассматривать иначе как преднамеренное оскорбление российского флага и достоинства нашей державы, за которое британцы должны ответить.

«О, черт! – подумал я. – Объявление войны сейчас совсем некстати…»

Но тут в разговор вмешался Петр Николаевич Дурново:

– Ваше императорское величество, я должен сообщить вам, что в настоящий момент объявлять Британии войну нецелесообразно и преждевременно. Завтра утром с визитом в Санкт-Петербург прибывает германский император Вильгельм Второй. А посему было бы желательно, чтобы в свете заключения Русско-Германского союза, вы провели консультации с кайзером. Кроме того, объявив сейчас войну, вы лишите вашего германского кузена удовольствия произнести несколько громких речей, до которых он такой большой охотник. Это может испортить его удовольствие от этого визита."

"– Ну, да, – несколько смущенно сказал император. – Мой кузен Вилли весьма экстравагантен. А что вы конкретно предлагаете, Петр Николаевич?

– Во-первых, ваше императорское величество, необходимо выслать из Петербурга, Москвы и Киева всех британских дипломатов.