Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

После короткой паузы, которая была наполнена тягостным молчанием, Николай II продолжил:

– Господин посол, мне так же стало известно, что правительство Французской республики готовится выступить с демаршем по поводу наших намерений перебросить на Дальний Восток часть дивизий, расквартированных в европейской части России. А их там без малого около ста тысяч прекрасно обученных солдат и офицеров. Но, если мы их оставим на местах дислокации, то нам придется призывать на службу резервистов, которые уже изрядно подзабыли то, чему их научили во время срочной службы, и которые незнакомы с новым оружием и новой тактикой ведения боя. А это лишние потери и предпосылки неудач в сражениях с прекрасно обученным и вооруженным противником. Господин посол, что вы скажете на это?

Я прокашлялся и, смахнув со лба пот, пообещал царю немедленно довести услышанное мною до моего правительства. Русский царь добавил:

– Господин посол, не забудьте сообщить правительству Франции, что мы очень серьезно задумались над тем – так ли нам необходим союз с вашей страной. И не стоит ли поискать новых союзников, которые, кстати, не клянутся в вечной дружбе, а без красивых слов оказывают нам вполне реальную помощь.

У меня потемнело в глазах. Я понял довольно прозрачный намек царя. Тем более что до меня доходили слухи о планах кайзера предложить Николаю II проект договора о союзе. А что это означало для Франции, я прекрасно понимал. Перед моими глазами встали воспоминания о позоре Седана и о пруссаках, пирующих в Версале и марширующих под Триумфальной аркой.

Отвернувшись к окну, царь дал мне понять, что аудиенция окончена. Стоя спиной ко мне, он с интересом наблюдал за дворцовым гренадером в высокой меховой шапке, который браво разгуливал вдоль дворцовой ограды с ружьем на плече. Я сделал поклон императору и на ватных ногах вышел из его кабинета.

Тогда же и там жеИмператор Николай II

Французский посол покинул кабинет, а царь все так же задумчиво продолжал смотреть в окно. Не обманул, ой не обманул его наместник Алексеев в своей телеграмме. Информация, полученная им от чужаков, оказалась точной и своевременной."

"Царь вспомнил, как на аудиенции французский посол краснел и бледнел от задаваемых ему вопросов, словно гимназистка, застигнутая классной дамой в объятиях гусара. А ведь присланный ему Алексеевым текст готовящегося к подписанию англо-французского соглашения был именно таким, каким он сейчас лежал в сейфах британского и французского министерств иностранных дел. То, что это именно так, царь прочитал в бегающих испуганных глазках месье Бомпара.

Император подошел к столу и достал из папки еще один лист бумаги.