Рандеву на границе дождя

– Ничего, ничего, лиха беда начало, – приговаривал Ян Александрович, устраивая больную ногу Руслана поудобнее. – все восстановится, ты у нас парень крепкий, я чуть троакар не сломал, пока тебе дренажи ставил…

– Слушайте, мужики, – поморщился Руслан, – вам нечеловеческое спасибо, что спасли, но я предпочел бы не вдаваться в подробности о том, что вы со мной делали. Есть вещи, которые лучше не знать.

– Ничего не было. Не было ничего.

– Котлет хотите? – Руслан достал из кармана банку.

– О, давай, Андрюха у нас как раз с дежурства.

Спасский молча взял банку, вытряхнул из нее бледные, но аккуратные котлеты и поставил разогреваться в микроволновку.

– А сам ты что? Аппетита нет? – спросил Колдунов с сочувствием. – Все равно надо есть, Руслаша. Подумай, может быть, тебе хочется чего-нибудь особенного? Если что, скажи, я сбегаю.

– Спасибо, мужики, я и без особенного хожу, как пьяный.

– Да я не об этом, балда! Из еды, гадости какой-нибудь типа доширака?

– Я же больной, а не беременный.

– Все равно. Мне вот яблочного сока с мякотью хотелось, а тебе, Андрей?

Спасский нахмурился:

– Мне жить хотелось, вот и все. Ладно, что мы о болячках все?

– Ну так мы врачи как бы, Андрюша.

Печка звякнула, и Спасский, обжигаясь, достал котлеты. Они с Яном Александровичем подсели к столу и стали есть из одной тарелки.

Глядя на Андрея Петровича, Руслан чувствовал, как отпускает подспудная тревога за маму. Не так давно тот перенес обширный инфаркт и несколько дней находился между жизнью и смертью, но вот прошло время, и теперь он снова здоровый человек, даже ночные дежурства берет, как раньше.

А у мамы инфаркт, слава богу, не успел развиться, так что… Руслан быстро оборвал себя, зная, что ни в коем случае нельзя расслабляться и уповать на благополучный исход.

– Слушай, ты вот сейчас балдеешь на больничной койке, так, может, истории за нас попишешь? Смотри, какая гора непаханая!

Руслан покачал головой.

– Жаль, жаль! – Андрей Петрович поцокал языком. – И сам бы отвлекся, и нам передышка. У меня так голова совсем не варит после дежурства, я смотрю записи ординаторов и вообще не понимаю, о чем там речь идет, где уж в нюансы вдаваться.

– Тяжелая выдалась смена? Что оперировали?

– В том-то и дело, что ничего! По мелочи всю ночь гоняли, из серии: дурак вызвал, идиот привез. Ну что поделать, вчера «таксист дьявола» на «скорой» дежурил, так что я не был удивлен эпидемией аппендицита, обрушившейся на наш город.

«Таксистом дьявола» прозвали одного доктора «Скорой помощи», который на работе не пользовался даже тем скромным запасом интеллекта, который ему отпустила мать-природа. Клинический подход к больным был у него прост и эффективен: схватить пациента и притащить в приемное отделение, шлепнув в сопроводке первый попавшийся диагноз.