Новый Рал 7 (СИ)

— Мы ведь сейчас танцуем? Разве нет?

— Верно, только погоди, ты держишь меня за талию, положи руку мне на живот, вот так… Хорошо, не переживай, я знаю, как это выглядит со стороны, но Ар’оф знает о традиции и том, что я тебе о ней рассказываю.

— Эм… А Нессия? Она же меня разорвёт.

— Она тоже в курсе, а теперь, просто танцуй, правая рука на животе, вторая на спине, вот так… Хорошо, видишь, я сделала точно так же.

Аскель посмотрел в сторону Нессии и Ар’офа, они улыбались. Нет, они довольно скалились, видя всю эту неловкость, но от сердца отлегло. А что, если…

Попаданец посмотрел внутрь себя… осталось ещё немного белой маны… всего пара капель, но основную функцию своей родной энергии он прекрасно знал — исцеление. Захотелось немного помочь Киннии и Ар’офу. Почему бы и нет?

Незаметно для самой женщины, которая полностью отдалась танцу, Аскель направил те самые жалкие капли в Киннию, после чего улыбнулся и сам пустился в пляс! Всё будет хорошо! Жизнь! Она прекрасна! А жизнь с любящим человеком ещё и чудесна!

Но у танца был ещё один наблюдатель… «Железная птица», как её прозвали многие простолюдины. «Металлическая смерть» — так её называли аристократы.

Последние несколько лет по городу и за его пределами ходила легенда: над чьим домом была замечена жужжащая железная птица с не моргающим стеклянным глазом, тот исчезнет или на весь его род падёт страшное проклятье. Никто не знал, почему подобные птицы прилетают, но все знали точно: «Железная птица» — это к большой беде…

Спалось хорошо. Первое, что Аскель сделал после пробуждения, сладко потянулся, растягивая сонные мышцы, заставляя всё тело прийти в себя. Он проснулся — это хорошо, рядом нет Нессии — это плохо, рядом вообще никого не было. Кира исчезла посреди празднования, сообщив, что ей нужно что-то сделать. Что именно, она не сообщила, да и Аскель особо не задавался данным вопросом. Честно… не до того было, и алкоголь сильно повлиял на восприятие мира.

То, что Нессии рядом не оказалось, тоже была не случайность, тут постарался Ар’оф, тот самолично отвёл дочь в её комнату, дабы не… как он там выразился… «Не превращать родовое поместье, в бедлам». Что он хотел этим сказать, непонятно, они ведь просто собирались выспаться, и ничего такого. Аскель сама невинность.

От подобных мыслей улыбка сама наползла на лицо. Спрыгнув с кровати и сделав комплекс упражнений для разминки, накинул на себя полотенце и отправился принимать душ. Как хорошо, что в Антонии практически в каждом доме есть водопровод и канализация! Действительно, чудо инженерной мысли!

Так… стоп… Со всеми этими празднованиями он забыл о главном, а именно о своих новых артефактах и сломанных наручах.