Крымская ракета средней дальности

Глаза молили о пощаде. Я поступал жестоко, но не мог остановиться. Она сама определила качество наших отношений. Она зарабатывала деньги. Но я, как работодатель, пока видел только пар, а движения вперед не ощущал.

Наверно, я мстительный человек.

Ирэн поджала губы, издала сдавленный звук, словно замахнулась на меня кулаком, чтобы врезать мне в челюсть, и быстро пошла по разбитой дороге к бетонному забору. Каблуки подворачивались, Ирэн хромала, как потерявшая подкову лошадь. Я усмехнулся. Мне стало немного жалко девушку.

Она подошла к какой-то калитке и принялась колотить по ней кулаками. Потом подняла увесистый булыжник и обрушила его на дверь. Подняла еще раз. В этот момент калитка распахнулась, и булыжник едва не столкнулся с широким и красным лицом мужчины. Ирэн, не давая мужчине прийти в себя, тотчас о чем-то спросила его. Мужчина отрицательно покрутил головой и попытался закрыть калитку, но Ирэн подставила ногу. Они стали разговаривать на повышенных тонах. Ирэн то прижимала руки к груди, то размахивала ими, то жестикулировала, рисуя в воздухе круги и восьмерки.

Через минуту она подошла ко мне, едва сдерживая торжествующую улыбку.

– Вот! – победно сказала она. – Я разговаривала с начальником насосной станции. И он рассказал, что пожар вспыхнул во втором часу ночи, а когда пожарные затушили огонь, то нашли в мастерской обгоревший труп жестянщика!

Что это? Я недооценил Ирэн?

– «Лендкрузер» здесь не появлялся? – спросил я.

– Я спрашивала. Он не знает. Говорит, что в одиннадцать лег спать, а проснулся от треска, когда в мастерской начали лопаться стекла.

– Что еще?

Ирэн глубоко вздохнула, колеблясь, и все же сказала:

– Говорит, что жестянщик здорово пил и мог уснуть с зажженной сигаретой. Но я в это не верю.

– Жестянщик всегда здесь ночевал?

– Последний год. Его жена из дома выгнала.

Ирэн пристально, не опуская глаз, смотрела на меня. Ждала похвалы. Ждала реабилитации! Нет, сатисфакции!

– Я уверена, это убийца поджег мастерскую! – добивала она меня. – Сразу после того, как жестянщик закончил ремонт. Он убрал свидетеля, понимаешь?!

– Мы не сможем это доказать, Ирэн, – ответил я. – Но если это правда, то мы с тобой связались с чудовищем, который не останавливается ни перед чем. Третье убийство за неполные сутки!

– Можно считать, что четвертое, – поправила Ирэн и кивнула на мою перебинтованную руку."

"– Или пятое? – усомнился я и тронул пальцем нижний край платья Ирэн, где черным лепестком свисал рваный лоскуток.

– Ах! – воскликнула Ирэн и, схватившись за платье, приподняла край, слишком смело оголив ноги. – Я этого не видела! Какой ужас! Что же это такое! Где это я?

– Наверное, на площадке обозрения, когда ползала под пулями по гравию, – предположил я.