Рай. Том 2

Мередит воздела руки к небу:

— Все летит к черту! На работе случается такое, чего в жизни не случалось, — то бомбы подкладывают, то кто-то собирается нас захватить! Дошло до того, что только сегодня мою машину украли, кто-то занял мою стоянку, и в довершение ко всему я обнаружила, что моя лучшая подруга и мой бывший жених провели ночь вместе.

Мэтт хмыкнул, удивляясь типично женской логике, с которой Мередит перекладывает на него вину за все неприятности, и покачал головой:

— И ты считаешь, что я — причина всех бед?

— Хорошо, так как же ты объяснишь это?

— Космическим совпадением?

— Вернее сказать, космической катастрофой, — поправила она и, вызывающе подбоченившись, сообщила:

— Всего месяц назад я вела мирную, спокойную, упорядоченную жизнь, размеренную и достойную. Посещала благотворительные балы и танцевала. Теперь я хожу по кабакам и ввязываюсь в пьяные драки, ну а потом мчусь по улицам в лимузине, за рулем которого сидит совершенно обезумевший шофер, уверяющий, что упакован удочкой! И тут же выясняется, что он имеет в виду револьвер, поскольку рассуждает, каким образом собирается пришить тех, кто захочет нас остановить!

Она выглядела такой прекрасной и такой разъяренной, что плечи Мэтта вновь затряслись о г смеха.

— И это все?

— Нет! Есть еще одно, о чем я забыла упомянуть!

— И что же именно?

— Это! — с торжеством провозгласила она, снимая очки. — У меня глаз подбит! Фонарь! Си…

Мэтт, не зная, смеяться или плакать, поднял палец и осторожно коснулся крохотной синей полоски в уголке нижнего века.

— Ну, положим, — сочувственно улыбнулся он, — до фингала или фонаря это не дотягивает. Всего-навсего малюсенькая «мышка».

— Прекрасно! — отрезала она. — Зато я узнала новый термин!"

"Не обращая внимания на колкость, Мэтт с плохо скрытым восхищением изучал почти невидимый синяк.

— Чем это ты его замазала?

— Подгримировала, — ответила она, нахмурившись. — А в чем дело?

Едва не задохнувшись от смеха, Мэтт стянул очки.

— У тебя не осталось еще немного грима? Можно позаимствовать?

Мередит ошеломленно уставилась на такой же синяк в углу его глаза и неожиданно ощутила безумную потребность расхохотаться. Заметив, что Мэтт прикусил губу, Мередит робко хихикнула и зажала рукой рот, чтобы заглушить смех, но глаза испуганно расширились, и первый звонкий смешок вырвался на волю. Она хохотала так заразительно, что на глазах выступили слезы, и Мэтт тоже не выдержал. Когда он притянул к себе ее трясущееся тело, Мередит обмякла в его объятиях, умирая от смеха.

Сжав ее покрепче, Мэтт зарылся смеющимся лицом в золотистые волосы, переполненный ее и своей радостью. Несмотря на внешнюю беззаботность сегодняшнего утра, Мэтт должен был признать, что почти все ее обвинения справедливы.