Рай. Том 2

Какой очаровательный клубок противоречий! — думал Мэтт. Несколько недель назад он видел ее спускавшейся по парадной лестнице в опере с видом юной королевы. Сегодня в кабинете, одетая в деловой костюм и окруженная сослуживцами, она была самим воплощением президента огромной компании. Сейчас же, сидя перед камином в тесных джинсах, обтянувших соблазнительную попку, и объемном свитере грубой вязки, доходившем почти до колен, она была… той девушкой, которую он знал много лет назад. Может, это превращение из строгой, деловой женщины в бесхитростную девчонку и служит причиной того, что он не может угадать ее настроения и проникнуть в ее мысли. Сначала он думал, что она расстроена упоминанием о его многочисленных романах, но весь вечер Мередит была весела и дружелюбна.

Но теперь, наблюдая за ее задумчивым лицом, Мэтт пытался вспомнить, появлялась ли эта легкая улыбка в старые времена за обедом.

— Что ты вспомнила веселого? — лениво спросил он, но его вопрос неожиданно вызвал взрыв громкого смеха.

— Ну? — допытывался он, хмурясь, но Мередит лишь покачала головой и закрыла ладонями смеющееся лицо. — Мередит! — чуть строже повторил он, но она расхохоталась еще сильнее.

— Эт-то все т-ты, — выдавила она наконец, — вспомнила, к-как ты в-выглядел, весь в чулках…

Мэтт расплылся в улыбке еще до того, как она добавила:

— Видел бы ты себя в зеркале!

Она попыталась немного успокоиться, по-прежнему закрывая лицо руками, повернулась к нему и посмотрела сквозь раздвинутые пальцы. То, что она увидела, заставило ее закатить глаза и вновь скорчиться от смеха.

— Кэри Грант! — фыркнула она, хохоча так заразительно, что плечи тряслись. — Миссис Миллисент, должно быть, выжила из ума. Ты так же похож на Кэри Гранта, как пантера на домашнюю кошечку!

— Так кто я — пантера или кошечка? — хмыкнул он, хотя уже понял, что Мередит сравнила его с пантерой, и лег на спину, подложив руки под голову и улыбаясь в потолок, впервые в жизни довольный судьбой и собственной участью.

— Кажется, нам пора сесть за работу, — выговорила она наконец. — Уже без четверти девять."

"Мэтт неохотно встал, помог ей убрать остатки ужина, а потом подошел к дивану и вынул из портфеля тридцатистраничный контракт, который намеревался прочитать. Мередит села напротив него в обитое набивным коленкором кресло и тоже вынула пачку документов. Несмотря на прежнее веселое настроение, она остро сознавала присутствие Мэтта, и от этого с каждой минутой становилось все более неловко. Подумать только, ведет себя как ручной котенок, над которым Мередит подшучивала, но столь странное для него поведение отнюдь не успокаивало ее В отличие от миссис Миллисент Мередит сознавала угрозу, которую он представлял.