Рай. Том 2

Неожиданная реплика вызвала взрыв смеха у собравшихся, но при виде необычной реакции Мэтта по всему залу вновь замелькали вспышки: повернув голову, он уставился на нее с ошеломленной сияющей улыбкой. Но тут послышался вопрос, которого ожидала и боялась Мередит:

— Мистер Фаррел, какие основания для развода вы приводили одиннадцать лет назад?

— Сами не уверены, — усмехнулся Мэтт женщине-репортеру, обезоруживающе разводя руками. — Мы обнаружили, что содержание документов, которые нам отдал Шпигальски, не совпадает.

— Мисс Бенкрофт, — окликнула еще одна журналистка, и, когда Мередит взглянула на нее, осведомилась:

— не могли бы вы сказать, почему ваш брак распался?

Мередит знала, что это единственный вопрос, на который Мэтт не мог ответить за нее, но отчаяние рождает вдохновение. Стараясь говорить легко и непринужденно, она пожала плечами:

— В то время мне казалось, что жизнь с мистером Фаррелом может оказаться немного… скучной.

И пока они все еще смеялись, Мередит, уже серьезнее, добавила:

— Я была городской девушкой и притом очень молодой, а Мэтт сразу же после женитьбы отправился в дебри Южной Америки. Наши судьбы разошлись навеки.

— И никакого шанса на примирение? — спросил журналист из Эн-би-си.

— Конечно, нет, — мгновенно ответила Мередит.

— Это просто смехотворно после стольких лет, — добавил Паркер.

— Мистер Фаррел, настаивал тот же репортер. — Вы хотите ответить на вопрос?

— Нет, — категорично заявил он.

— Это ваш ответ, или вы просто отказываетесь отвечать?

— Понимайте, как хотите, — ответил Мэтт с легкой улыбкой, которая, однако, не отразилась в его глазах.

Слова вырвались так неожиданно и резко, что многие репортеры вновь зашумели, но худшее уже было позади, и Мередит чувствовала, как суматоха словно обтекает ее, но сама оставалась странно спокойной. Еще несколько минут — и Мэтт, оглядев публику, объявил:

— Наше время истекло. Надеемся, что смогли ответить на все ваши вопросы. Паркер, — воскликнул он, превосходно имитируя искреннее дружелюбие, — ты не хотел бы добавить что-нибудь?

Улыбка Паркера была столь же широкой:

— Думаю, Мэтт, все, что было необходимо сказать, уже сказано. Ну а теперь смываемся отсюда и дадим Мередит возможность заняться делами.

— Прежде чем вы уйдете, — повелительно окликнула какая-то женщина, не обращая внимания на попытку закрыть пресс-конференцию, — я хотела бы сказать, что все вы ведете себя в этой нелегкой ситуации с поразительным тактом, особенно вы, мистер Рейнолдс, поскольку именно вы оказались в самом сложном положении, выход из которого никоим образом от вас не зависит.