Райвен

— Райвен, не дури! Что ты делаешь?!

— Разве не слышишь? Разогреваю прыжковые ускорители. У тебя осталось двадцать семь секунд, чтобы принять управление огнем, Бет.

— У тебя что, замкнуло логический блок? Разве наш груз стоит того, чтобы идти на огонь «Циклопов»?! — откровенно возмутилась она.

Из динамиков Райвена раздался тихий вздох — робот отлично понимал, о ком в данный момент беспокоится человек.

— Опомнись, дружище, не надо так расстраиваться, за контрабанду много не дают… — попыталась успокоить его Блейз, похлопав ладонью по скошенной приборной панели. — В первый раз, что ли? Ну, подержат пару месяцев…

Тонкий звук разогревающихся прыжковых турбин постепенно начал переходить в басовитый вой, прорвавшийся даже сюда, в рубку управления, и, наверное, потому ответ Райвена прозвучал глухо…

— Это ты опомнись, Бет, — ответил он. — За контрабанду много не дают, но и на перехват заурядного нарушителя таможенных правил «Циклопов» не посылают. У тебя осталось пять секунд, — напомнил он. — Я не хотел тебе говорить, но сканеры показывают, что их армейские номера — фальшивое дерьмо… Им нужна не ты, а я.

Внешние микрофоны вновь взорвались сухим, трескучим голосом:

— Мисс Блейз, ваше время истекло! Или вы глушите двигатели, или…

В этот момент Райвен врубил ускорители.

Полет двадцатитонной боевой машины, исполненной по индивидуальному проекту, автор которого плевать хотел на все принципы и тысячелетний опыт конструирования подобных механизмов, напоминал цветной глюк наркомана, поехавшего по фазе на почве фантастических фильмов.

Из-под согнутых в коленях ступоходов Райвена, оканчивающихся трехпалыми ступнями, вырвалось ослепительно-белое пламя, яркое, как магниевая вспышка, и он взлетел, легко, непринужденно поднявшись над бетонным забором и угрюмыми грузовыми терминалами.

Патрульные боты, сенсоры которых мгновенно ослепли, шарахнулись в стороны, как стайка испуганных воробьев из-под колес грузовика.

На плечах боевой машины, словно два сатанинских горба, внезапно поднялись обтекаемые обоймы пусковых установок, из которых торчали тупые жала реактивных ракет. Вытянутый вперед корпус Райвена, в котором располагалась рубка, плавно развернулся относительно поджатых, как у кузнечика, ног, и ракетные установки плюнули огнем в лоб попытавшемуся встать на пути «Циклопу».

Огромная, неуклюжая планетарная машина в последний момент начала уклоняться от залпа, но для ее широких гусениц этот маневр оказался сверхзадачей, — полковник, очевидно, не до конца представлял себе технические возможности и те новаторские конструктивные решения, что легли в основу проектирования Райвена. Этого робота создал не человеческий мозг, а эволюция, помноженная на опыт двух совершенно различных цивилизаций.