Райвен

Беат приподняла голову, выплюнула попавшие в рот осколки кремния. Снаряд, выпущенный киборгом, разорвался всего в метре от нее. В воздухе витал стойкий запах гари.

Сбоку в клубах дыма сухо треснула очередь автоматической пушки. Эндоостов андроида внезапно задергался, словно робот наконец ожил после стольких лет неподвижности, и вдруг подрубленный снарядами ржавый торс разлетелся рваными кусками железа.

Голова андроида прокатилась десяток метров, подпрыгивая на кочках, словно футбольный мяч, и остановилась прямо перед упавшей навзничь Беат. Потухшие видеокамеры человекоподобного робота с треснутыми объективами удивленно смотрели в лазурные небеса Деметры…

Из клубов дыма вынырнула ладная, закованная в фототропную броню фигура. Плавным, точно рассчитанным движением киборг повернулся, сканируя рельеф. Его красивые бездонно-голубые глаза, скрытые за дымчатым лицевым забралом, не выражали никаких чувств.

Заметив Беат, контуженную взрывом, беспомощно хватающую воздух широко открытым ртом, он поднял ствол автоматической пушки, совмещая перекрестье электронного прицела с пульсирующей человеческой фигурой.

В этот момент из дыма вынырнул еще один невольный участник разыгравшихся меж холмов событий. Это был парящий в воздухе тусклый металлический шар с единственной торчавшей из него видеокамерой. Он летел на большой скорости, чуть покачиваясь в струе воздуха. Киборг, готовый уже спустить гашетку, мгновенно отвлекся на новую цель, которую его процессор счел более опасной, чем безвольное человеческое тело.

Грохот выстрелов автоматической пушки показался Беат оглушительным. Прямо над ее головой в воздухе засверкали оранжевые вспышки разрывов, оставляя после себя сизые облачка едкого дыма. Разрывы гнались за рассекающим воздух шаром, который внезапно начал описывать петлю, а потом, когда один из снарядов едва не задел его, заметался из стороны в сторону, словно обезумев от грохота и огня. Очевидно, его внутренние системы получили баллистический шок, иначе как объяснить тот факт, что он, совершая очередной замысловатый вираж, вдруг резко увеличил скорость и врезался в лицевой щиток киборга.

Шар отскочил в сторону, ударился о землю, подпрыгнул и завертелся в воздухе.

Опрокинувшийся на спину киборг не шевелился. Из-под разбитой лицевой пластины на кремниевую почву текла неправдоподобно красная кровь…

Беат, еще не веря в свое спасение, привстала на четвереньки. Ее слегка подташнивало — не то от контузии, не то от испытанного только что предсмертного шока. Превозмогая дурноту и звенящую в голове боль, она распрямилась и, пошатываясь, прошла несколько метров, отделявшие ее от поверженного на землю киборга.