Рафаэль

Если бы он не нанес визит в раздевалку, может, его сила бы и смешалась с гулом и движением остальных веркрыс, однако теперь вкус его силы не мог от меня укрыться. Моя магия шепнула: вампир, рядом с нами вампир. Тот же слабенький голосок помогал мне оставаться в живых все те годы, что я охотилась на них. Я бы уже раз сто сдохла, если бы не слушала этот предостерегающий голос.

— Ты усадил человека-слугу вампира выше всех женщин родере. Как ты можешь так унижать их? — Я не сразу поняла, что это был Гектор — он говорил в микрофон.

Бенито протянул другой микрофон со шнуром Рафаэлю. Тот встал и ответил:

— Этой ночью Анита проплатила свой путь кровью и смертью. Она почтила силу родере, которую я ей дал.

— Но леопардиха, что стоит рядом с Анитой, не заплатила за свой путь, и все же она находится выше всех женщин родере. Ты поставил кошку над крысами, Рафаэль — какой же царь так поступит? — Парировал Гектор.

В толпе послышался гомон — народ соглашался с ним. Энергия изменилась, как будто воздух стал гуще от их негодования.

— Нам редко наносят визит лидеры других групп, но если это случается, им дозволяется привести с собой кого-то из своего народа, чтобы избежать случайных убийств, которые могут развязать к войну между нами и другой группой животных.

— Сперва ты позволил Аните сесть на трон царицы нашего народа, а теперь ты заявляешь, что она — королева с визитом, чужая королева. Веркрысы, скажите мне, чья она королева? Кому она принадлежит?

Большая часть народа, столпившегося вокруг него, прокричала:

На самом деле, многие голоса со всех сторон так ответили, но были и те, кто кричал: «Мике!», и эти голоса выделялись. Кто-то неподалеку от нас крикнул: «Никки!».

— Никки она не королева, она его мастер, а вместе с Жан-Клодом они станут мастерами над всеми нами!

Толпа протестующе заулюлюкала, кто-то кричал: «Нет, никогда!». Даже мне на секунду захотелось разозлиться.

— В его голосе сила. — Заметила Пьеретта.

Рафаэль встал — гордо выпрямился во весь рост, и я впервые ощутила присущую ему силу. Эта энергия шла от связи с каждой веркрысой в стране, и от некоторых за ее пределами. Это была не просто та сила, на который мы с Жан-Клодом могли кормиться, это была магия, магия владения, потому что большинство людей понятия не имеют, как следовать за другими, не уступив в ответ частичку своей собственной силы, но это было даже больше. Для того, чтобы по-настоящему стать частью родере, нужно было отдать Рафаэлю ключи от своей энергии, от себя самого. До сих пор я не понимала, как близка эта связь к той, что была у Жан-Клода с его вампирами. Я ни разу не слышала, чтобы кто-то говорил, насколько узы главы группы оборотней похожи на вампирские, но сила не может лгать.

— Я здесь единственный мастер. — Сказал Рафаэль.