Лунная радуга

"

"— Как я могу не переживать, если даже я усомнился надо ли мне это… — он отвернулся, а потом, мотнув головой, словно сбрасывая наваждение, сказал: — Когда Дадли рассказал мне, что Летиция служительница храма, я сначала поставил крест на этих отношениях. Я солдат, воин, у меня есть чувство долга и я чту закон… Но это длилось недолго. Я вспомнил ее чистые глаза и понял, что не откажусь от Летиции ни за что на свете.

Мне вспомнилось гадание Розмари и я едва заметно улыбнулась. Очередное предсказание сбылось.

«Владеющий мечом — это солдат, воин, но рядом карта Звезда и это говорит об одержимости, тайной страсти или увлечённости кем-то… Но этот человек мечтает об идеальной любви… Весы Асфиты, пророчат любовную связь со служивым человеком, у которого на одной чаше весов будет любовь, а на другой чувство долга… На одной чаше будешь ты, Летиция…».

Сторн был увлечен Эллой до встречи с Мотыльком, а чувство долга все же переборола зарождающаяся любовь…

— Когда я смогу увидеть ее? — он снова поднялся и принялся ходить из угла в угол, припадая на одну ногу. От волнения его хромота стала еще заметнее и мне стало жаль этого сильного и благородного мужчину.

— Скоро, — герцог остановил его и подтолкнул к креслу. — Давай выпьем вина. Тебе нужно успокоиться.

— Мулан Рипард завтра же отправится в храм и заявит о своих правах на Летицию, — я смотрела, как он жадно пьет вино и думала, что реакция Летиции будет не менее эмоциональной. — Если все пройдет хорошо, она уже к вечеру будет свободна.

— Я тут же женюсь на ней! — Сторн пригладил волосы и поправил воротник рубашки. — И увезу. Подальше.

После ужина они с герцогом снова уединились в кабинете, а я приняла ванну и легла, чувствуя легкую усталость. Тошнота тоже не сильно донимала меня, но слабость не проходила. Мисти лежал рядом, и я почти задремала, положив руку на его теплый бок. Внезапно я услышала тихий стук и тут же открыла глаза. Что это? Показалось? Но нет… Кто-то, кидал камешки в мое окно.

Я не стала зажигать свечи и, подойдя к нему, выглянула на улицу. На луны набегали тучки, и мне трудно было рассмотреть того, кто так настойчиво привлекал мое внимание. Когда лунный диск показался из-за очередной тучи, мне удалось разглядеть в темном силуэте женщину. Но кто она? Что ей нужно? Высокая… крупная… Лаванда?! Что она делает ночью на улице?!

Я накинула халат и, спустившись вниз, только взялась за ручку двери, как услышала голос Берты:

— Госпожа, что-то случилось?

— Как же ты любишь пугать меня! — воскликнула я, чувствуя, что мое сердце трепыхается где-то в районе пяток. — Ты почему не спишь?

— Я собирала грязное белье, — она перевела взгляд на корзину, полную белья. — А вы?

— По-моему внизу Лаванда, — сказала я. — Она ведет себя странно.