Радость пирата

— Я рад, что ты снова с ним, девочка, — с улыбкой заметил Оги, кивая в сторону Джудсона.

Алекс тепло улыбнулась шотландцу. Его добрые глаза, ласковая улыбка сейчас были для нее все равно что воздух. Как никогда она нуждалась в доверии и участии.

— Не знаю, смогу ли я ему помочь, Оги, — призналась она с грустной улыбкой. — Если вчера у него еще был маленький шанс, то сегодня… Но мы все равно попробуем его спасти!

— Я к твоим услугам, дочка.

— Вот и хорошо, — сказала Алекс, вытирая салфеткой руки. — Во-первых, мне нужен лед. Да, я знаю, — поспешила ответить Алекс на невысказанный вопрос Оги. — На корабле нет льда. Но холодной воды можно достать? В трюме, наверное, найдется пара лишних бочек.

— Да, мэм.

— Вот и хорошо. Притащите мне сюда бочку.

— Целую бочку?

— Да, чем больше воды, тем дольше она сохранится холодной. Нам надо искупать мистера Тернера с головы до пят в холодной воде.

— Я мигом, дочка, — откликнулся Оги.

Ему чертовски нравилось, как берется за дело эта хрупкая девушка. Копели — тот ни о чем не просил, но и сам, насколько Оги мог судить, ничего не делал.

Пока Оги ходил за водой, Алекс промыла Джудсону рану и обработала мазью. Рана здорово воспалилась. Кажется, у больного начиналась гангрена. Мисс Уайком была обеспокоена тем, что во время зачистки краев раны, тронутых разложением, Тернер не издал ни звука — ни крика, ни стона. Похоже, в одном Копели не ошибся. Больной был в глубокой коме, вызванной действием яда, успевшего проникнуть во все системы организма.

Когда Оги в сопровождении двух помощников вкатил бочку, Алекс готовила порошок из коры осины, обладающий успокоительными свойствами. Осталось только растворить его в воде для купания больного."

"Как только бочку установили на место, Оги отослал матросов за дверь, и работа закипела. Оги только успевал бегать наверх, чтобы вылить за борт ставшую слишком теплой воду. Александра тщательно, дюйм за дюймом, обмывала обнаженного Джудсона. Оги, наблюдая за тем, как трудится Алекс, невольно любовался ею, восхищаясь сноровкой и точностью движений доктора Уайком. Время от времени в каюту заглядывал Копели, но лишь для того, чтобы с кислой миной сказать что-нибудь относительно бесплодности их усилий.

Только к полудню жар удалось сбить. Нельзя сказать, что температура больного стала нормальной, но угроза для жизни миновала. Алекс и Оги смогли наконец присесть. Оги даже сумел уговорить Александру немного поесть.

— Не очень-то вкусно, но хотя бы сытно, дочка. Еда будет получше, когда мы зайдем в Тенерифе.

— Тенерифе? Где это? Разве мы собираемся делать остановки? — удивленно спросила Алекс.

— Город-порт на маленьком острове вблизи северного побережья Африки. Я знаю, о чем ты подумала, да только лучше бы тебе об этом забыть.