Радость пирата

Экипаж покатил под гору и вскоре оказался у большого двухэтажного дома, словно кольцом охваченного верандой. С одной стороны к дому примыкал сад с фонтаном и скульптурной композицией. С той точки, откуда она смотрела на дом, казалось, что он стоит на самом краю утеса. Впрочем, первое впечатление не обмануло ее — так и было. На фоне густой синевы моря дом казался цветущей белой розой.

— Какая прелесть! — выдохнула Алекс.

— Красиво, — согласилась Мэдди. — Особенно если ты любишь море.

Что-то в голосе Мэдди заставило Алекс пристальнее вглядеться в свою спутницу. Она стала припоминать… Майлз упоминал Бель-Мер… Он говорил про дом и море… Еще один поворот вниз… и Алекс увидела «Неистовый».

— О, Мадлен! Вы же обещали!

— Да, — со вздохом призналась Мадлен, — я обещала не приезжать к Майлзу, чтобы требовать у него отчета за то, что он, сделал с тобой, и я собираюсь сдержать слово, но у меня к нему есть другое дело, которое мы должны обсудить.

— И оно касается меня, — с упреком сказала Алекс.

— Прямо — нет. Прошу тебя, Алекс, доверься мне. Майлз мне особенно дорог, и я не сделаю ничего, что может причинить ему боль. Я желаю для него только лучшего, и поскольку уверена, что лучшее для него — это ты, я должна с ним поговорить.

Увидев, что Алекс отвернулась, Мадлен взяла ее за руку и, ласково пожав, сказала:

— Извини меня. Мне не надо было брать тебя с собой. Я знаю, что тебе сейчас плохо. Но то, что я собираюсь ему сказать, я должна сказать наедине. Ты можешь подождать в саду, если хочешь. Кэтлин немало времени и денег потратила на то, чтобы оборудовать этот дом и сад всякими забавными штуками. Так что сюрпризов здесь полно, я думаю, тебе понравится.

Алекс не очень верила в то, что сможет наслаждаться чем-либо. Шесть мучительных суток Алекс старалась приучить себя к мысли, что больше не увидит Майлза, повторяя про себя, что не станет выходить из своей комнаты, когда он зайдет навестить родственников. Каждый день она с замиранием сердца ждала его приезда, но он не приезжал, и она понемногу начала привыкать к мысли, что он ушел из ее жизни навсегда. Теперь же в одно мгновение все ее усилия пошли прахом. Неудивительно, что Алекс испытывала раздражение и обиду на свою новую подругу."

"Мэдди сто раз пожалела о том, что невольно доставила девушке такую боль. Она даже не подозревала, насколько глубоки были чувства Алекс к Майлзу. Наверное, надо было ехать одной. Однако тогда пришлось бы нарушить план. По составленному Мэдди плану Майлз должен был увидеть Алекс, чтобы понять, чего он лишится, если не внемлет ее совету. Мэдди говорила себе, что игра стоит свеч. Уж кем-кем, но злодейкой она никогда не была.

Экипаж свернул на дорогу, опоясывающую усадьбу. Еще минута, и Льюис остановил лошадей возле парадного входа.