Радиоактивная война

Подобное на Кольцова не произвело особого впечатления, он лишь спросил:

– На виндсерфинге умеешь кататься?

– В годы учебы в колледже я был одним из призеров по катанию на доске, – с вызовом ответил журналист, потом уже без прежней помпы добавил: – Что ж, я не управлюсь с доской под парусом?

– Отлично, тогда добро пожаловать на плаху...

Любая серьезная операция начинается с не менее серьезной подготовки, главной в которой часто бывает экипировка. Сделав ревизию имущества, Глеб остановил свой выбор на амуниции ликвидированных «тюленей» – гидрокомбинезонах, акваскопах – приборах ночного видения, позволяющих видеть без подсветки как под водой, так и на поверхности, не говоря уже о ножах и пистолетах. Подарок от призраков оказался как нельзя кстати.

Предстоящая вылазка обещала быть насыщенной. Кольцов еще со времен учебы в высшей школе КГБ всегда испытывал мандраж, внутреннюю трясучку перед «делом», будь то экзамен или, позже, боевой выход. Но когда приближалось время действий, все страхи перегорали, и он действовал уверенно и спокойно.

Сейчас, просчитывая все возможные варианты развития событий, сыщик приходил к выводу, что самым сложным для них является незамеченными добраться до «Посейдона». Конечно, на словах все трое умеют ходить под парусом на доске, а как на самом деле?"

"Первый и последний раз он занимался виндсерфингом больше двадцати лет назад, когда, еще будучи старшим лейтенантом, прилетел из Афганистана и отпуск проводил на берегу Черного моря в Сочи. Его тогдашняя подружка, девушка с мускулистыми руками и ногами профессионального культуриста, как раз оказалась тренером по виндсерфингу. Довольно быстро она без особого труда поставила любовника на доску, научив диверсанта КГБ ходить под парусом, хотя пируэты на волнах, которые с легкостью выполняли желторотые юнцы, целыми днями ошивавшиеся возле клуба, он так и не освоил.

На прощание, когда труба позвала старшего лейтенанта обратно в негостеприимные горы Афганистана, его подруга сказала: «Виндсерфинг, как и велосипед: единожды научившись, уже никогда не разучишься».

Чтобы чем-то занять свои руки, когда голову одолевают тяжкие думы, сыщик разобрал один из трофейных «кольтов» и сейчас интенсивно чистил ствол. «Вот сегодня наконец появилась возможность проверить, можно разучиться или нет». Самые разные мысли толклись в его мозгу.

«Мулла в Баграме говорил: „Аллах знает, куда бросать кости“, но, по-моему, всевышний заодно знает, когда собрать эти нужные кости в одном месте. Мы трое по какому-то неестественному совпадению дополняем друг друга, как части одного организма. Похоже на подставу, только быть этого не может.