Рабыня ищет хозяина, любовь не предлагать

Но в последнее время работы навалилось так много… казалось бы, зачем подавать рапорт о необходимости зарядить оружейный амулет, если для этого и собственных сил хватает? А где пистоль, там и лампочка над столом, почти истощенное заклятье, запирающее магию в подозреваемом, регулярную подзарядку автомобиля не забудем, ведь на магии он ездит быстрее, чем на топливе, и многие-многие другие. Легко, походя, я тратил свой резерв, не ощущая особых проблем, но отсутствие нормального отдыха в итоге сказалось. Я и сегодня хотел съездить в библиотеку и запросить поиск неизвестных мне символов, найденных на трупах… но с утра понял, что нужно поменять планы и ехать в поместье.

Как и у многих древних родов, наш дом был построен над магическим источником. Сейчас существовали и общественные источники, целые комплексы, целебные профилактории для магов. Путевку в такой легко можно было получить от охраны магического правопорядка, но только члены древних родов знали, что все не так просто. Каждый магический источник имеет свои специфические настройки, в наше время фиксируемые специальными датчиками, а еще больше параметров, не поддающихся изучению. Один источник подходит определенному магу лучше, другой хуже, магия третьего может совсем не усваиваться, что, впрочем, бывает редко. А вот если род из поколения в поколение живет подле одного источника, взаимодействует с ним регулярно, то восполнение магической энергии проходит намного быстрее и легче. Поэтому и в период беременности женщин стремились переселить в поместье, чтобы ребенок еще на стадии зародыша адаптировался к местной энергии. Хотя современная наука считала это всего лишь предрассудком, а, говоря точнее, не понимала и не могла зафиксировать механизмов происходящего, но результат говорил сам за себя — в родном доме магия восстанавливалась быстро и легко, как нигде больше. Будучи молодым, я много экспериментировал с разными источниками, и в этом удостоверился.

Игнорировать причитания матери было не так просто, я был ее самым младшим и любимым ребенком, со старшей сестрой у нас разница целых десять лет. «Неожиданное чудо», — как любила приговаривать матушка перед друзьями и соседями. «Гордость рода, защитник порядка», — хмыкал отец. На самом деле он был совсем не рад тому, что, получив блестящее магическое образование, я решил пойти в магическую охрану правопорядка, которая мало чем отличалась от простой полицейской работы. Он вынужден был смириться под давлением моего упрямства и тяжких вздохов бабушки, ныне покойной леди Стейнсон. Она тогда сказала, что я пошел в прадеда — всю свою долгую жизнь тот воевал за свободу нашего мира.