Блондинка-рабыня

 — Чарльстон отбросил сигарету. — Забавный рассказ.

— Торла Ривертон согласилась. Ты сказал, что если она принесет свою расписку, то расписку Щенка ей вернут. Дескать, ты не возражаешь против ее расписки, поскольку она-то в состоянии оплачивать свои расходы. Ты настаивал, что только это может остановить Рафано от визита к полковнику. Потом Азельда подвезла тебя к деревьям возле пристани. Ты разделся и поплыл к «Сан-Педро». Азельда развернула машину и ждала тебя, чтобы вместе вернуться в город.

Что было на «Сан-Педро» — ты знаешь. Когда ты вошел в салон, Рафано и Ривертон ругались. Вероятно, ты наблюдал за ними в щель. А потом Ривертон сделал то, что насоветовала ему Азельда. Он достал пистолет. Рафано — тоже. И Щенок выстрелил. Этот идиот думал, что он действительно убивает Рафано, но патроны-то были холостыми. Рафано тоже выстрелил в него и попал в легкое. Щенок упал без сознания.

Прежде чем Джейк успел прийти в себя, вошел ты. У тебя была «Эсмеральда», в кисете на плавках, куда обычно кладут табак моряки, чтобы сохранить его сухим. Ты выстрелил в Рафано и убил его, прежде чем тот успел сообразить, что происходит.

Остальное было легко. Ты вытащил из руки Ривертона пистолет, стер свои отпечатки с «Эсмеральды» и приложил к его руке. Ты знал, что полиция найдет и пулю, убившую Рафано, и пулю Рафано, попавшую в Ривертона. Ты решил, что Ривертон мертв. Ну, сначала я тоже так думал.

Ладно. Ты взял его пистолет и выкинул из иллюминатора. Потом ты прошел в маленький салон и надел халат. Он был еще влажным, когда я был на «Сан-Педро». Ты вернулся в главный салон, открыл сейф ключом, который взял из кармана Рафано, достал расписку Щенка и вернулся в маленький салон, где и ждал Торлу Ривертон.

Когда она пришла, ты взял ее расписку, а другую порвал и бросил клочки в корзинку под столом. Ты имитировал, будто из-за этого и произошла ссора между Рафано и Ривертоном. Но это была существенная ошибка в твоем плане. Во-первых, полиция никогда не увидит эту расписку — я взял ее себе, а во-вторых, она мне о многом сказала…

— Что ты имеешь в виду? — мрачно спросил Чарльстон.

— А вот что, — продолжал Каллаган. — Если бы ты на минуту задумался, то понял бы, что, если Рафано и Ривертон ссорились из-за этой расписки, разве стал бы Рафано ее рвать до прибытия Ривертона? Ну а Ривертон не смог бы ее порвать, когда явился на яхту, потому что он был убит, как раз когда требовал ее назад. Если Ривертон и Рафано практически одновременно выстрелили друг в друга, то кто же из них мог порвать ее и выбросить? И не просто выбросить, а выйти из большого салона, пройти по коридору и бросить клочки в корзину в маленьком салоне? Ну?

— Это элементарно, мой дорогой Ватсон, — странным голосом произнес Чарльстон.