Рабыня демонов в академии магии

Достаточно, чтобы стиснуть сильнее кристалл, почувствовать, как проламывается под пальцами хрупкая оболочка, высвобождая заключенную в его нутро смертоносную мощь.

А потом только огонь и пустота.

Но заклятия не было. Просто невыносимая глухая тоска, не оставлявшая его ни на мгновение после смерти Циллы, вдруг усилилась тысячекратно. Скрутила душу, заставила согнуться от почти нестерпимой боли. Нож в ослабевшей руке дрогнул, и девушка дернулась, выворачиваясь, ускользая…

Еще мгновение… Еще доля секунды, и кто-то из них прочтет заклятье. И станет поздно…

Оборотень рухнул на колени и немеющими пальцами сдавил кристалл. Осколки вонзились в ладонь, но вместо боли пришел паралич, и Джейсон рассмеялся бы, если б мог.

Выкусите, сволочи! Уже ничто не в силах остановить реакцию. Сейчас все закончится!

Мгновения тянулись, как патока. Ничего не происходило.

— Понимаю ваше желание повторить проектную работу, адепт Макгвелл, но никак не могу одобрить наплевательское отношение к технике безопасности, — раздался знакомый полный иронии голос откуда-то сверху.

Тася вскинула голову, не веря своим ушам. Откуда здесь профессор Равендорф?

Над головой раздались частые хлопки, словно под потолком парила гигантская птица, а потом сверху спустилось существо, похожее на человека с огромными белыми крыльями за спиной.

В его руках сиял и переливался кусок ослепительно яркого живого света.

Кинжал… Сияющий металл, словно сплетенный из струй текучего света. Такой красивый, что опасную остроту лезвия замечаешь не сразу.

Тася подняла взгляд на Равендорфа.

Ей хотелось задать тысячу и один вопрос. О том, где он взял ее анам. Что случилось с матушкой Клотильдой? Как очутился здесь настолько своевременно? Что будет с Джейсоном?

Что будет с ней самой и ее хозяевами?

Но перед строгой и вдохновенной красотой анама терялись любые слова. Можно было только благоговейно молчать.

Время вокруг застыло в безмолвии. Скорчившийся оборотень у ног. Демоны где-то далеко внизу, словно в другой реальности. Здесь и сейчас перед Тасей был только крылатый мужчина и сияющий золотым светом кинжал в его руках.

— Анам называют «клинком души», — ответил он. И на мгновение Тася увидела, как в его груди вспыхнула золотисто-бронзовым светом массивная рукоять. — Это не просто наша суть, это оружие. Клинок справедливости: ты сможешь обнажить его, только если считаешь, что поднимаешь за правое дело. Он поражает без зла и гнева, но способен убить кого угодно.

— А как вы… Откуда… — она взглядом показала на крылья за его спиной. Даже сложенные, они производили величественное впечатление.

Губы Равендорфа искривила уже знакомая ироничная усмешка.

— У вас тоже вырастут, адептка Блэквуд. Если будете хорошо кушать, — и тут же резко сменил тон.