Герцогиня ищет работу

Утро

Снежник. День двенадцатый. Утро

Иногда я задумываюсь, о ком же все-таки говорилось в пророчестве оракула? «Держись подальше от крылатого огня. Он тот, кто погубит тебя…» Крылатым огнем был Лоер, но им же мог быть и Рон. Лоер почти разрушил мою жизнь, мое будущее, а Рон, спасая, едва меня случайно не убил. Я ни за что ему об этом не расскажу, хватит и того, что неведомое проклятие мучает его и не дает жить спокойно.

Ведь так или иначе — со мной все закончилось хорошо, а с проклятием рода Ви’Тан мы обязательно разберемся!

Перечитала последнюю страницу дневника и сижу улыбаюсь. «Мой дракоша» — я правда его так назвала? Того, кого с первого взгляда готова была возненавидеть? Кого заранее боялась и кому не доверяла? Мой дракоша…

А ведь Рон улыбнулся мне тогда на испытании. До того, как ему в голову прилетел огненный шар, пущенный моей рукой. Это он-то — мрачная и хмурая тучка. Улыбнулся, и зрачки вытянулись в узкие щели, полыхнувшие золотом, что обычно случается, если дракон рассержен, расстроен или… чем-то чрезвычайно заинтересован. Я не знала: об этом вчера на занятии рассказал мэтр Лазовски.

Сегодня мы идем к молодому целителю. Рон сдержал слово и трудился за двоих, караулил для меня местечко. Говорит, что господин Фаер не загружает работой и требует немного: только приходить вовремя, готовить несложные зелья, перетирать ингредиенты для целебных снадобий, поддерживать чистоту и вести записи. Зато платит серебрушку за несколько часов работы. Такого сказочного богатства я еще не видала!

Ха! Сказала наследница огромного состояния. Вот бы папа посмеялся надо мной. Или, наоборот, похвалил бы, что я стала бережнее относиться к деньгам. Правильно он говорил, что ценность медной монетки я пойму лишь тогда, когда заработаю ее сама.

Вот Лоера родители избаловали. Они, очевидно, несметно богаты: Эльм сорил золотом без счета. Разве такой сумеет понять цветочницу или дочку лавочника? Бедные девушки для таких, как он, пыль под ногами…

Зачем я только вспомнила про этого гада? Захотелось вымыть руки с мылом.

А Рон, хоть и благородного происхождения, сам зарабатывает на учебу. Там какая-то сложная, темная история. Я не спрашиваю: боюсь задеть его чувства. Норри вовремя предупредила меня о гибели старшего Ви’Тана. Хороша бы я была, начни расспрашивать о семье и родителях. Нет, захочет — сам расскажет. Ему и так непросто сейчас.

Надеюсь, что мы задержимся у господина Фаера подольше и не придется больше караулить в «Пчелке» вакансии. И не нужно будет опрометью пробегать мимо орка, стоящего в тени облетевших деревьев.

Хотя в последнее время я его не вижу: вместо орка под каштанами теперь слоняется потрепанный жизнью гоблин.