48 причин, чтобы взять тебя на работу

Да и сопротивление твое не настоящее, скорее, ради приличий. Вон, уже обвила меня ногами и даже руками за шею. Целуешь будто в последний раз, судорожно дыша, а я пока всего лишь несу тебя к кровати, сжимая в руках эту сладкую попку.

И очередная пошлая мысль о еще одной нетронутой дырочке у этой мышки пронеслась в голове. Потом и это обязательно будет, но не сейчас. Нужно постепенно.

Я опустил девушку на белые простыни, нависая сверху над беззащитным телом и разглядывая лицо своей добычи.

Волосы Алисии разметались по кровати, а мне решительно хотелось представлять, как позже буду наматывать на кулак эти локоны и брать мышку сзади.

Моя рука уверенно проникла под майку, задирая ее вверх и обнажая аккуратные груди.

– Томас… – прошептала она, но слушать ее сейчас не было никакого желания. Заткнул сладкий ротик очередным поцелуем, а ладонями погладил нежное тело, такое горячее и покорное.

Острые соски твердыми вершинками легли меж моих пальцев, рождая желание сжать их посильнее, чтобы из легких мышки вырвался очередной стон. Ей ведь нравится, вижу, что нравится, даже ноги расслабила, и теперь просто ждет, когда я помогу ей их раздвинуть.

Такие, как она, не могут быть сразу инициаторами, а вот потом… Я был уверен, что Алисия будет ненасытна в сексе, не пройдет и месяца, как сама будет прибегать в мой кабинет со спущенными трусиками.

Член уже рвался из боксеров, сдерживаемый лишь стрейчевой тканью. Пока целовал губы и одной рукой дразнил соски, второй стащил их с себя, откидывая куда-то в сторону.

А вот на Алисии трусиков не было, об этом я позаботился еще вчера. Как знал, что идея будет крайне удачной.

Понимая, что поцелуй нельзя прерывать, иначе точно испугается и попробует сбежать, легко просунул колено между сведенных ног.

Вот так, крошка! Впусти меня ближе.

Алисия с готовностью раскрылась, несильно, но достаточно для того, чтобы я прошелся пальцами по клитору, скользнул еще ниже и, не без удовольствия, погрузился в нее. Мышка задышала чаще, а мне хотелось хохотать, от осознания того, как внутри было влажно.

Мисс Николс текла. Порочная мышка хотела быть съеденной котом!

И вот уже два моих пальца проникали в ее узкую щелку.

Иллюзий я не питал, да, ей будет больно. Вначале всегда больно, а потом приятно. В моих силах было просто смягчить мышке эту боль, немного растянув тугие стеночки заранее.

Я раскрыл ее под собой еще сильнее, и рвущийся вперед член каснулся низа ее живота. Мышка ощущая эти прикосновения, инстинктивно попыталась от него отпрянуть, и в то же время продолжала извиваться под моими пальцами.

Очередной грудной стон вырвался из девичьей груди, и я понял: пора.

Оторвался от ее губ, чтобы еще раз взглянуть на раскрасневшееся лицо, ошалевшие глаза и алые распухшие губы.