Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Вернувшись в подвал, Карл застал Ассада в поклоне на молитвенном коврике: сейчас тот был недоступен ни для чего мирского. Карл написал записку и оставил ее на полу у дверей каморки.

«Увидимся завтра», — было написано на листке.

По пути в Хорнбэк он обдумывал, что скажет Харди об амагерском деле. Да надо ли вообще заводить этот разговор? В последние недели дела у Харди шли неважно: плохо было с отделением слюны и он с трудом мог говорить. Врачи сказали, что это поправимо. Хуже обстояло с его желанием жить.

По этой причине его перевели в другую комнату с лучшим видом из окна: лежа на боку, он, вероятно, мог наблюдать, как где–то вдали по Эресунну проходят вереницы судов.

Год назад они сидели в кафе на Баккене, обжираясь свининой в соусе с петрушкой и запивая ее из бутылки с большой золотой медалью, и Карл изливал душу, жалуясь на Виггу. Сейчас же он сидел у кровати Харди и не имел права жаловаться ни на что.

— Полиции Сорё пришлось отпустить человека в рубашке, — брякнул он без обиняков.

— Кого? — сипло переспросил Харди, ни на миллиметр не повернув головы.

— У него есть алиби. Но все уверены, что он тот самый. Тот, кто стрелял в тебя, в меня и в Анкера и кто совершил убийство в Сорё. И все же им пришлось его отпустить. Мне очень жаль, что не могу сказать тебе ничего другого.

— Плевать мне на это. — Харди закашлялся, как будто поперхнулся, а Карл, обойдя вокруг кровати, намочил под краном бумажную салфетку. — Какая мне радость, если даже они его поймают?

— Мы поймаем и его, и остальных, кто в этом участвовал, — заверил Карл, отирая ему подбородок и выступившую в уголках рта пену. — Вижу, придется мне самому этим заняться. Не будут эти мерзавцы разгуливать на свободе, я этого не допущу!

— Желаю повеселиться! — сказал Харди и помолчал немного, словно собираясь с силами. — Вчера приходила вдова Анкера, — выговорил он наконец. — Невеселая была встреча.

Карл вспомнил непримиримое лицо Элисабеты Хойер. Со дня смерти Анкера они не разговаривали, даже на похоронах она не сказала ему ни слова. Узнав о гибели мужа, с первой же секунды она винила во всем Карла.

— Обо мне говорила что–нибудь?

Харди не ответил, лишь моргнул несколько раз, провожая глазами корабли за окном.

— Ты по–прежнему отказываешься помочь мне умереть? — спросил он наконец.

Карл только погладил его по щеке:

— Харди, если бы я мог! Но нет, не могу.

— Тогда помоги мне вернуться домой. Обещаешь? Я не хочу больше тут оставаться.

— А что говорит твоя жена?

— Она еще не знает. Я только сейчас решил.

Карл представил себе Минну Хеннингсен. Они с Харди познакомились совсем юными. Сейчас их сын уже уехал из дома, а она все еще выглядит молодо. В сложившихся обстоятельствах у нее, наверное, своих забот хватает.

— Карл, съезди к ней сегодня и поговори.