Карл Мёрк и отдел «Q». Книги 1-7

Этот пустозвонный бочонок после увольнения из «Актуэльт» занялся выгребанием грязи из закоулков Кристиансборга, так что он на этих делах собаку съел. Спроси у него, и будешь знать больше.

На лице Харди мелькнула улыбка и тотчас же пропала. «Скажу ему прямо сейчас», — подумал Карл и заговорил очень медленно, чтобы все дошло с первого раза:

— Харди, в Сорё произошло убийство. Думают, это те же люди, что на Амагере.

Харди даже бровью не повел.

— Те же самые обстоятельства, то же оружие, та же, очевидно, красная клетчатая рубашка, тот же круг лиц, то же…

— Я спросил — «ну и?..»

— Так я же и говорю.

— Ну и мне–то какое до этого дело?

В редакции «Госсипа» наступило затишье: очередной номер был собран, подготовка следующего еще только начиналась. Несколько журналистов, занимающихся светскими сплетнями, взглянули на Карла без всякого интереса: очевидно, не узнали. Тем лучше.

Пелле Хюттестеда он обнаружил в уголке в компании старших товарищей по перу, впавших в непробудный сон, среди которых только он один задумчиво теребил свою рыжую, жиденькую, аккуратно подстриженную окладистую бороденку. Этого деятеля Карл отлично знал по отзывам: негодяй и проходимец, остановить которого могли только деньги. Непонятно было, отчего столько датчан обожали читать его напыщенную многословную брехню, чего нельзя было сказать о его жертвах. Судебные иски нескончаемой чередой сыпались на Хюттестеда, но главный редактор прикрывал мелкую сволочь, состоявшую у него на службе: статьи Хюттестеда поднимали тираж и главный редактор зарабатывал на нем бонусы. Подумаешь, велика важность, иной раз штраф заплатить!

Бросив быстрый взгляд на полицейский жетон Карла, журналист снова повернулся к коллегам.

Карл взял его за плечо:

— Я сказал, что у меня есть к вам несколько вопросов.

Журналист обернулся и посмотрел на него как на пустое место:

— Вы не видите, что я на работе? Или хотите забрать меня в участок?

Тогда Карл вытащил из бумажника единственную тысячную купюру, которую удалось отложить за несколько месяцев, и помахал у труженика пера перед носом.

— О чем речь? — спросил тот, присосавшись к купюре взглядом.

Возможно, он мысленно подсчитывал, сколько ночных часов в «Энди–баре» сможет провести на эти деньги.

— Я занимаюсь расследованием исчезновения Мереты Люнггор. Мой сослуживец Харди Хеннингсен полагает, что вы, вероятно, знаете, имелись ли у нее причины опасаться кого–нибудь из среды политиков?

— Опасаться кого–нибудь? Забавная формулировка! — произнес Хюттестед, непрестанно оглаживая волосинки на подбородке. — А почему вы об этом спрашиваете? Неужели в деле всплыло что–то новенькое?

Перекрестный допрос повернулся в противоположную сторону.

— Что–то новенькое? Нет, ничего такого.