Пышка с характером

Прикинь, она от него залетела и орала, что он должен признать отцовство. Папаша ее скандал замял, всем велел молчать в тряпочку. Слухи поползли по институту. Только Стасик наш не в курсе был. Наивный он. Хороший мужик. Надо же, столько лет от всех скрывал, что она его жена. Взял беременную, не побрезговал. Повезло ей. Представляешь, как любит…

У Стаса потемнело в глазах. Господи, какой идиот! Женился на беременной бабе, она его использовала! Зачем? Аборты давным-давно официально разрешены. За что она с ним так? Вот почему Злата бросила его после выкидыша. Беременности нет, и муж-прикрытие уже не нужен. А сейчас? Может, она опять беременна? Нервно хохотнув, Стас бросился к выходу. Ярость слепила его. Все знают! За его спиной обсуждают его личную жизнь! Какая мерзость!

Злата вернулась ночью. Она ворвалась в квартиру, в бешенстве хлопнув дверью.

– Ты спятил? – заорала она с порога. – Я ехала на такси. Какого черта ты меня бросил одну?

Стас, просидевший в темноте несколько часов, беспомощно щурился и молчал. У него не было сил на этот разговор.

– Я тебя спрашиваю? В чем дело?

– Почему ты вернулась ко мне? Тебя не было полтора года, почему ты вернулась ко мне опять? Только не смей врать!

– Ты свихнулся? Я тебя люблю!

– Или мои деньги? А может, тебе нравятся владельцы собственных клиник? А? Или ты опять беременна от какого-нибудь Вольдемара и собираешься вешать мне лапшу, что я счастливый отец? Дрянь! Шлюха!

– Даже так? Ну ладно. Ты думаешь, что интересен кому-то сам по себе? А кто ты такой? Без денег, без машины, без клиники? Жалкий докторишка, книжный червь, с которым можно сдохнуть от тоски! Да, я была беременна, я тебя использовала, потому что другого такого идиота, как ты, мне не подвернулось!

– Ты могла элементарно сделать аборт, а не городить тут…

– Не могла! Он должен был признать ребенка и забрать меня к себе. Он меня любил, хотел жениться на мне! Должен был вернуться, я обязана была сохранить беременность. Это был мой пропуск в нормальную жизнь! А что мне мог дать ты? У тебя даже квартиры своей не было, ты жил у меня. Скажи спасибо, что я тебя пустила к себе! Дала попользоваться своим телом, ты же этого добивался! Ты пускал слюни и трясся от вожделения. Я тебя облагодетельствовала! Будь благодарен мне за это, понял! А то так и жил бы до сих пор девственником!

– А сейчас я тебе зачем? Для чего ты опять влезла в мою жизнь?

– Да про вашу клинику весь город говорит! А ты считал, из-за твоих красивых глаз я вернулась? Ты тупой жирный урод! Посмотри на свое брюхо! Скоро к операционному столу не подойдешь! А в постели? Ты же ноль! Ничтожество!

– Пошла вон, – прошептал Стас, отвернувшись к окну. Он не хотел на нее смотреть. Ему было омерзительно видеть это холеное, перекошенное ненавистью лицо.