Моя пылкая любовница

Джулианна шумно втянула в себя воздух и прижала ладонь ко рту.

Напольные часы в холле пробили один раз. В доме было тихо и темно в этот ночной час. Рейф зевнул, закупорил пузырек чернил и положил на место перо. Пора хоть немного поспать, решил он, а работу отложить на завтра.

В последние дни навалилось слишком много всего приготовления к свадьбе, до которой остался всею месяц, и приведение в порядок нового дома здесь, наГрейсчерч-стрит. Он хотел, чтобы Памела пришла хозяйкой в безупречный дом.

Кроме того, деловые соглашения тоже требовали внимания.

Последние несколько лет оказались очень прибыльными. Настолько, что теперь Рейф не сомневался — ему больше не придется работать за нищенское жалованье. Но удовлетворения он все еще не чувствовал: он хотел большего и знал, что сумеет добиться того, о чем другие даже и мечтать не смеют.

И Памела всегда будет рядом, он станет любить и баловать ее. Наряжать в шелка и атлас, выполнять любое ее желание. А когда они станут семьей, то часть года будут проводить за городом. Рейф уже начал ремонтировать свой дом в Уэст-Райдинге, где они будут жить.

И он наконец-то получил свою законную часть наследства отца, хотя семейство Сент-Джордж долго пыталось оспорить завещание. Двадцать тысяч фунтов он уже вложил в дело — эти деньги обеспечат ему возможность создать свою финансовую империю. Но что еще более важно, они стали для него заслуженным подтверждением того, что справедливость существует, и теперь он сможет оставить прошлое позади, там, где ему самое место.

Зевнув еще раз, Рейф встал и начал задувать свечи.

Снаружи зацокали лошадиные копыта, загрохотали колеса экипажа, но он не поехал дальше, а почему-то остановился. Чей-то приглушенный мужской голос отдавал распоряжения.

Через несколько секунд в дверь заколотили.

Рейф удивился. Кто это может быть в такой поздний час? Он никого не ждет.

Зная, что все слуги давно спят, он вышел в холл и осторожно приоткрыл дверь. Увидел, кто там, и челюсть его отвисла.

Рядом с открытой дверцей черного ландо небрежно стоял БертонСент-Джордж. Около него околачивался один из его дружков, лорд Андерхилл. Еще двое сидели в экипаже, их лица было трудно различить в слабом свете уличных фонарей.

— Чего тебе нужно? — раздраженно спросил Рейф.

— Вы это слышите? — обратился виконт к своим приятелям. — Слышите это неуважение? Презрение, которое он проявляет к настоящим аристократам, к тем, кто выше и лучше его? — Он поднял вверх руку, откинув за спину элегантный вечерний плащ. — А я прибыл, чтобы преподнести тебе подарочек, Пендрагон.

Рейф нахмурился. Его охватило беспокойство, словно кто-то провел по спине липкой холодной рукой.