Князь Путивльский. Том 2

Думаю, время на это у нас будет. С двумя сотнями конных остановился километрах в двух от табунов. Луна зашла, стало темно. Полсотни всадников спешились, разбились на два отряда и исчезли в темноте. Я теперь ничего сам не делаю, а иногда руки так и чешутся, особенно во время ночных нападений. В темноте выброс адреналина в кровь мощнее. Иногда мне кажется (или так на самом деле?!), что в напряженные моменты я начинаю видеть в темноте, как кошка. Слышал подобное и от других воинов. В такие моменты в тебе просыпаются сверхспособности, о наличии которых в мирной жизни не догадываешься. Наверное, поэтому повоевавшим мирная жизнь кажется пресной, а на самом деле они не нравятся себе лишенными этих сверхспособностей.

Часа через два пришел связной и доложил, что охрана вырезана, можно угонять коней. Мы поехали к табунам. Между лошадьми ходили мои дружинники и снимали путы с передних ног. Освобожденных лошадей сгоняли к дороге. В первом табуне было сотен семь боевых коней, во втором сотен пять ездовых, а в третьем примерно столько же вьючных и тягловых. Стараясь не смешивать три табуна, погнали лошадей к деревне Кукино. К тому времени небо уже посерело и задул легкий теплый юго-западный ветерок.

Я с полусотней всадников скакал в арьергарде. Скоро осаждающие проснутся, придут на пастбище за лошадьми — и возрадуются. Им понадобится время, чтобы вернуться в лагерь, доложить о пропаже, организовать погоню. Не думаю, что она будет многочисленной. Поедут конные, чтобы быстро догнать, а боевых и ездовых жеребцов у них осталось мало. Следы найдут быстро. Там, где проскакали две тысячи лошадей, дорога выбита и загажена так, что захочешь, не пропустишь.

Место, выбранное ночью для засады оказалось не совсем таким хорошим, но и не плохим. Лошадей мы передали сотне пикинеров, которые погнали их дальше, а сами начали оборудовать позиции для стрельбы. В этом месте дорога проходила между речушкой метра три шириной, по ее левому берегу, и опушкой густого леса. Противоположный берег речушки оказался болотистым, лучше туда не соваться, зато лес будет справа от погони. Там и расположились всем отрядом.

Погоня появилась около полудня. Скакали хлынцой. Их оказалось сотен пять — больше, чем я предполагал. Это были гунны и поляки. Примерно половину отряда составляли рыцари. Видимо, их лошади паслись в другом месте. Скакали кучно и без разведки. Решили, наверное, что табуны угнал отряд из Новгорода-Северского, в котором не могло остаться много воинов, потому что дружина ушла с князем Изяславом. Впереди скакал пожилой чернобородый мужчина в большом островерхом шлеме с расстегнутой бармицей и пластинчатом бронзовом доспехе. Конь под ним был вороной, очень крупный и горячий.