На пути Орды

– И ты считаешь, что Трувор мог спрятать сокровище у себя дома? Ты же сам говорил, что тайник в бревнах – это бред?

– Я и сейчас так считаю. Но учитывая характер Трувора – насмешник, – можно предположить и более ехидный ход его мысли. А именно, Трувор задумал спрятать приданое в спальне у дочери – прямо под кроватью у Рагнеды. Действительно, чего боялись больше всего – с точки зрения Трувора! – женихи, охотники за приданым? Невесты, страшной невесты. Поэтому ясно, что эта вороватая публика – женихи – должны были стремиться быть – с точки зрения Трувора – подальше от невесты и поближе к сокровищам. Ведь дочь так страшна, что своим внешним видом оттолкнет кого угодно даже от драгоценностей!

– Возможно, – согласилась Дороня Вячеславна. – Но ведь сокровища, спрятанные в помещении, были бы мгновенно найдены сразу после смерти Трувора, – хитрых тайников в стенах, а тем более в бревенчатых стенах, – сам же сказал, – в те поры еще не знали.

– Сокровища могли быть просто-напросто закопаны под ложем дочери, – ответил Алеша. Есть и такой вариант. Закопаны, вот и все!

– А ты подумай, – возмутилась Катя, – Трувор, по-твоему, в спальне дочери вскрывал сам полы, потом закапывал, а потом назад половицы стелил?

– Ага, – ехидно подхватил Аверьянов-младший, – шпунтованные половицы, еще скажи.

– Я не знаю, что это такое.

– Да это я так, издеваюсь… Видишь ли, Катя, полов, то есть деревянных настилов, в то время еще не существовало, я так думаю. Причина первая – отсутствие досок. Широко известный ныне плотницкий инструмент «пила» на Руси стала известна лишь при Петре I. Он этот Hight Tech – высокотехнологичный инструмент привез в качестве иноземного новшества из Голландии. А до Петра I все на Руси делали топором. Доски получали, вытесывая их по одной, – одну доску из одного целого ствола. Устилать пол результатами такого тяжелого труда было в высшей степени расточительно. Второе, – у викингов не было и не могло быть такой традиции – стелить полы досками, – так как в Скандинавии лес был всегда на вес золота. На утесах да на ветру хило деревьям расти. Земляной пол было проще покрыть ветками и соломой, – в царстве буйного вереска и стланника – мхов, карликовых берез.

– И что? – спросила Дороня.

– Что – «что»? Завтра будем копать!

* * *– Проснись-ка, Афанасич, – Коля потряс старика за плечо. – Пойдем, свежим воздухом подышим чуть-чуть, – дело есть.

Разбуженный среди ночи, старик захлопал глазами и встал с груды овчин, постеленных на полу и служивших ему постелью.

– Стряслось что?!

– Да нет. Пока Бог миловал. Давай на крыльцо выйдем, а то тут ненароком всех разбудим.

Только в сенях Афанасич заметил под мышкой у Николая небольшой ларец.

– Гонец татарский только что привез. Глянь-ка.