На пути Орды

– А до чего ж нарисовано-то здорово! Вот красота! Меленько-меленько!

– Ну как живые!

– Мастер-то рисовал!

– Кому иконы бы святые писать, право слово!

– А то в Покровском Максим Скворец «Троицу» на стенке разрисовал, – так смотреть на ее в простое воскресенье страшно, а в престольный праздник – стыдно… Вот окаянство-то спьяну намалевал, прости меня, Господи!

– А вот смотрите, бабоньки, тут два кружочка есть – один со стрелкой, второй – с крестиком. Это к чему, как думаете?

– Проще пареной репы. Со стрелой – то татары, Батый, а с крестом святым – вот кружочек – то ж мы, православные!

– А людей-то, людей как изобразил! Ну, сердце радуется глядеть. Прямо голубки: он ее целует, а она – его – еще жарче!"

"– Да, видно, в мире живут и в согласии…

– Без драк, сразу видать!

– И родителям старым, небось, не супротивничают, помогают!

– Вот только детей у них не видать, на картинке-то!

– А откель детям взяться? Жизнь-то гладкая, славная! И без детей хорошо!

– Еще нарожают, что ты!

– Как без детей? Будут и дети!

– А тут, тут-то! Смотри – одна, переодевается, видно, а сколь пригожа, ну не описать!

– И так довольна, прямо тает от радости, – ну как Снегурочка!

– А вот ее личико! Небось, отцу-матери рассказывает, как с мужем ладно живет! А те сидят подпершись, и слушают, слушают, слушают… Все не могут нарадоваться!

– Просто княгиня! Красавица!

– Княгиня, эк хватила! Ты нашу-то княгиню-то, покойную, помнишь?

– А то нет, что ли? Царствие ей небесное!

– Так я и Суздальскую видела, и Костромскую…

– Красивые?

– Коза козою – обе. Нет, бабоньки, это, наверно, прынцесса!

– Прынцесса? Кто такая?

– Ну, замуж котора за прынца пошла! Вишь, подбородок-то как на картинке запрокинула, глазки в блаженной истоме прикрыла, ротик полуоткрыт…

– Эх, вот Николай бы стал у нас князем, – вместо Драгомира-то нашего, – небось, все мы, девочки, так в блаженстве откинулись бы! Что, не то говорю, что ль? Что замолчали?

– Задумались.

– И с чего это ей хорошо-то так? Прямо в истоме растаяла!

– Прынцесса! Небось, горшок кислых щей, да с мясом, навернула, вот очи и закатила, – от сытости!

– Ой, бабы, а мы ж не работаем!

Спохватившись, женщины принялись с двойным усердием надувать презервативы.

* * *В бачке генератора плескались оставшиеся еще с прошлого задания, – благодаря все тому же Самохину и вопреки азбучным истинам техники безопасности, – литра три бензина… Часа на полтора цирка этого должно было хватить, и Николай решил рискнуть, а там дальше будь что будет, – Бог не выдаст, свинья не съест, как говорится.

Аверьянов знал, что главное сейчас не снижать давления, не упускать инициативу. Все время давить, давить, давить.