Медовое путешествие втроем

Скорей всего, это прохожая, которая остановилась полюбоваться на чужую радость и случайно попала в объектив.

А вот новогодний праздник в детском саду. Андрюша наряжен зайчиком, на нем черные брючки, белая пушистая кофточка, шапочка с длинными, торчащими вверх ушками и варежки из козьего пуха цвета снега. Малыш стоит у елки, его за руку крепко держит Юра. Чуть левее маячит принаряженная Катя, а поодаль пенсионерка в давно немодной мохеровой кофте. Наверное, одна из воспитательниц или нянечка.

Ну и конечно, в альбоме были снимки, запечатлевшие день первого сентября, и по ним видно, как взрослел мальчик. Вот Андрюша смешной, коротко стриженный шестилетка с огромным букетом гладиолусов.

В России происходят глобальные перемены, меняются политические режимы, гремят гражданские войны, их сменяют годы мира, застоя. Все течет, все изменяется, как говорили древние философы. Но кое-что остается постоянным – первого сентября дети России отправляются на торжественную линейку именно с гладиолусами. Мне кажется, эти цветы специально выращивают для этой цели. Я ни у кого ни разу не видела в доме букетов из гладиолусов, лично мне их никто не дарил, я тоже не преподносила шпажники[11] своим знакомым. Но маленькая Даша Васильева всегда в первый день сентября шла на занятия именно с этими цветами.

На фото около сына возвышается Юра, он держит за лямки новенький ранец, с другой стороны стоит Катя, которая ради торжественного случая накрасила губы и сделала прическу. А за ее спиной видна тетушка в бордовой куртке, возможно, чья-то бабушка, которую невольно захватил фотограф.

Я переворачивала страницы. Вот сын Малининых идет во второй класс: Андрей, Юра, Катя и незнакомка в зеленой шляпе. В третий: Андрей, Юра, Катя и женщина в плаще. В четвертый: Андрей, Юра, Катя и старушка в платочке. В пятый: Андрей, Юра, Катя и пожилая тетушка в синем платье. Малининым не везло, к ним постоянно пристраивался кто-то из посторонних. Или…

Я вздрогнула и начала еще раз изучать фотографии. Вскоре мне стало ясно: незнакомка в возрасте на всех кадрах, включая тот, где Андрюшу забирают из роддома, одна и та же женщина, только по-разному одетая. Она старается держаться в отдалении от Малининых, но явно хочет быть запечатленной вместе с ними.

Я вытащила последнее фото, сделанное, как гласила подпись под ним, в прошлом году, положила его в карман платья, открыла окно, осторожно бросила альбомчик в траву, закрыла раму и вернулась в столовую. Там над чашкой чая сидел хмурый Андрюша, перед ним лежал мобильный телефон, дорогой сенсорный аппарат, точь-в-точь как тот, что мне подарила на Новый год Манюня.

– Добрый вечер, – поздоровалась я. – Ты не спишь? Уже поздно.

– Я не маленький, – огрызнулся подросток. Потом добавил: – Уроки делал.