В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

— Да, госпожа, — пищит парикмахерша.

— Тогда беги отсюда, — брякает Жозефина неожиданно ласково.

— Да что с вами сегодня? Услышьте меня, — взвыл Элиот. — Если к концу рака вы покажите Морулу полупустой камень, он сильно разозлится. Приспешника не просто так оставили.

— Водяной меня любит, — раздаётся от «куклы» горделивое. — Всё, уходите, я занята!

Приспешник⁈ У меня аж дыхание перехватило. Водяной ещё и приспешник вампиров⁈ Оставили контролировать деятельность графини? Сжимаю кулаки, борясь с мыслью ворваться в покои и устроить кровавый допрос.

Спокойно, Крис. Три глубоких вдоха.

У меня ещё есть время разобраться до конца. Как раз графиня выгоняет обоих мужчин уже нетерпеливо.

Дверь закрывается. Высунувшись немного, убеждаюсь, что Жозефина одна.

Иди сюда, кошка драная.

Глава 19. Хищник и добыча

В покоях графини что — то со звоном и треском падает. Нервозное шуршание, быстрый стук каблуков, который сменяется осторожным уже перед занавеской, разделяющей нас.

Выглядывает Жозефина с заметной опаской и волнением. Но когда видит меня, взгляд её голубых, на этот раз, размалёванных глаз, меняется на дикий.

— Аз!! — Взвизгивает, как поросёнок и бежит ко мне, семеня.

М — да. «Кукла» для меня разоделась в платье бальное розовое в золоте, причёску навела и накрасилась, как шлюха. Даже диадему свою прицепила на золотые кудри распущенных волос. На фиолетовый камень я сразу обратил внимание. И даже задержал дыхание, как по команде «газы», авось вылетит пыльца.

Но чуть не вылетели сиськи, а точнее не выскочили из корсета, когда она вдруг споткнулась прямо передо мной, наступив на собственный подол! Треск ткани раздался как раз характерный.

Пришлось графиню ловить. Ударилась в меня грудью и откинулась на руки, как невеста.

— Любовь моя, ты такой сильный, — ахает, распластавшись в моих объятиях, как безвольная сосиска.

Выгнулась и запрокинула голову, что сосок аккуратный молодой выскочил наполовину.

— Ты очень красивая, девочка из моих снов, — воркую, глядя на разрумянившуюся маньячку.

— Поцелуй меня, — шепчет, закрывая глаза.

Чмокаю быстренько в губёшки и ставлю на ноги.

— Аз, что сегодня ты для меня приготовил? — Спрашивает, поправляя диадему.

Хорошего ремня и зажимы для сосков.

— Смотри! — Восклицаю наиграно весело и пододвигаю заранее подготовленную корзину с рисовальными принадлежностями. Самое главное, что сумел родить много масленых красок и ватман.

Втыкаю на этот раз шесть фонарей в клумбы, а то света нихрена. Затем вываливаю художественную утварь на пол. Жозефина глаза выкатила, видимо, никогда столько разноцветного добра не видела.

— Ой, раньше я много рисовала, Аз! Как ты узнал?

Ну здесь пятьдесят на пятьдесят.