В теле пацана. Книга 3. Путешествие в Градир

Что, стрелять не будем⁈

Лихетта кивает самой мелкой Тулии! Та соглашается с решительным видом. Передаёт меч с луком соратнице, кинжал в зубы суёт и ныряет в куст.

Вижу, что несколько суккубок по сторонам расходятся с луками, видимо, её страховать. А девка крадётся к дереву, не издавая никакого шума! От ствола до ствола, от кустика к кустику, подбираясь всё ближе к наблюдателю. Даже я вижу, как она ловко минует ловушку, перелезая через натянутую нить!

К дереву приближается, делая широкий шаг, обступает ещё одну ловушку. Похоже, ямку. И дальше по стволу взбирается, как «человек — паук» с кинжалом в зубах!

Вверху она скрывается за ветками, и у меня дыхание замирает. Через пару мгновений слышна всё же лёгкая потасовка, а точнее шелест листьев. И всё быстро затихает. Рука вражеского бойца безвольно свешивается. А Тулия спокойно слезает.

Ух, черноглазая бестия.

Даёт нам знак. Спешим к ней! Но, не доходя, Лихетта меня останавливает.

— Крис, лагерь через полсотни метров за этим холмом, — выдаёт с заметным беспокойством. — Ветер на нас, но боюсь, что твой необычный запах оборотни всё равно учуют, дай нам самим разобраться, убрав как можно больше нечистых тихо. Пока не объявят тревогу, в человеческом обличии перебьём их легко.

Киваю.

— Шум поднимем, ворвёшься. Жди сигнала, — добавляет Лихетта, зная меня уже, как облупленного, и дальше кивает сестре: — Зоррин, с Крисом остаёшься.

Брюнетка и не спорит.

Суккубки уматывают вперёд уже ощетинившиеся и взъерошенные, побросав всю лишнюю снарягу у нас. А мы сидим, прячемся.

В тишине птички запели, ветер завыл лёгкий, тревожа листву. Лошадиное ржание издали доносится, визг… млять, Инесса, похоже. Хоть бы успели, милые мои чертовки.

— Не переживай, Крис, — шепчет Зоррин, облокотившись на крону и посматривая по сторонам с луком на изготовке. — Сёстры справятся.

На часы смотрю. Суккубка взглядом по ним скользит уже не первый раз. Неужели заинтересовали? Или не они? А ниточка Цил за ремешком, которую перевесил на левое запястье. Лихетта тоже на неё посматривала неоднозначно. Всё не получалось спросить.

— Почему так смотришь? — Начинаю сразу в лоб, демонстрируя запястье.

— Крис, тише, давай потом, — шепчет Зоррин, уводя взгляд.

— Говори, пока мы одни, — шиплю на неё. — Про часы бы ты давно спросила, а значит, тебя интересует другое.

— Это браслет Цецилии, — говорит суккубка, на меня не глядя. Она не спрашивает, а утверждает.

Ну да, эту ниточку в знак дружбы подарила мне внучка Ханы, которая из всех суккубок единственная отнеслась ко мне с искренностью и добротой.

Цецилия Ледопламенная.