Путешественница

Джейми с помощью пемзы счищал рыбью кровь с пальцев и молчал.

— Ты относишься к матросам по-другому, нежели к лаллиброхским арендаторам? — честно поинтересовалась я.

— Именно так, я отношусь к ним по-другому. Они не то же, что мои арендаторы, — тихо проговорил Джейми, опуская руки в тазик с водой, в которой поплыли чешуйки, похожие на полумесяцы. — Я плачу им и только.

— Но они считают тебя хорошим человеком. Кроме одного, очевидно, — поправилась я, вспоминая то, что поведал Фергюс.

— Верно, Маклауд и прочие считают меня хорошим человеком. Все, кроме одного, — в тоне Джейми слышалась издевка. — Если будет нужно, они, вероятно, отдадут за меня жизнь. Да только я не могу ручаться за них, а они — за меня, потому что я почти не знаю их, а они, в свою очередь, меня. А вот Иннес знает меня хорошо, в отличие от остальных.

Джейми кончил мыть руки и вылил воду из тазика. Он хотел отправиться вниз и предложил мне руку, чтобы помочь спуститься, а пока я протягивала ему ладонь, быстро проговорил:

— В битве под Каллоденом погибло не только дело Стюартов, но кое-что большее. Пойдем-ка обедать, мистер Мерфи обидится.

Иннес не пришел ко мне на следующий день, из чего я сделала вывод, что его желудок работает лучше и не беспокоит своего владельца. Однако молчаливый шотландец пришел через неделю с довольно странной просьбой:

— Миссис Фрэзер, не могли бы вы дать мне такое лекарство, которое лечит то, чего нет?

— Чего нет? Не понимаю, — врачебная премудрость еще не зашла настолько далеко, чтобы лечить несуществующее, но мне, конечно, было лестно, что Иннес такого высокого мнения о врачебном деле и обо мне как скромной его представительнице.

В ответ он указал на свою руку, спрятанную в рукав, пустой от плеча.

— У меня нет руки, вы видите. Но иногда она болит. — Краснея и понижая голос, Иннес разоткровенничался: — Поначалу я думал, что тронулся, ведь так не бывает, чтобы болело то, чего нет. Но мистер Мерфи рассказал, что его нога тоже болит временами, а потом Фергюс прибавил, что ему кажется, будто его отрубленная рука шарит по чужим карманам. Значит, такое бывает. А уж если такое бывает, может, врачи знают, как это лечить?

— Ясно, теперь я понимаю. Ваша правда, такое часто бывает, когда человек теряет конечность, но продолжает чувствовать ее, как если бы она была частью его организма. Это так называемые фантомные боли или ощущения. В таком случае…

Терапия фантомного эффекта — это была одна из тех проблем, которыми я интересовалась меньше всего, следовательно, и знала об этом немного. Пытаясь оттянуть время и не потерять доверие пациента, я уточнила:

— Как же вы потеряли руку? Что случилось?

— Заражение, — коротко пояснил Иннес. — Поцарапался гвоздем, и кровь испортилась. Пришлось отрезать.