Путешественница

Наконец он понял, чуть дрогнул, оторвался от шахмат и удивленно посмотрел на соперника.

— Эге, да вы, смотрю я, хитрый мошенник, — с уважением сказал Фрэзер. — Где же вы выучились этаким дьявольским трюкам?

— Меня научил старший брат, — ответил Грей. Обрадованный победой (как правило, он выигрывал не чаще трех раз из десяти, и потому выигрыш был особенно приятен), он утерял свойственную ему бдительность.

Усмехнувшись, Фрэзер протянул длинный указательный палец и аккуратно положил на поле своего коня.

— Да, такой человек, как лорд Мелтон, вполне способен на нечто в этом роде, — заметил он как бы между делом.

Грей остолбенел. Увидев его состояние, Фрэзер вопросительно поднял бровь.

— Вы же говорили о лорде Мелтоне? — поинтересовался он. — Или у вас есть еще один брат?

— Нет, — ответил Грей онемевшими (видимо, из-за выкуренной крепкой сигары) губами. — Нет, у меня только один брат.

У него снова сжалось сердце, однако теперь совсем не от радости. Так что же, выходит, этот проклятый шотландец все это время знал, кто он такой?

— Учитывая обстоятельства, наша встреча получилась довольно краткой, — сухо произнес Фрэзер. — Но незабываемой. — Посмотрев на Грея, он поднял к губам свой стакан и отпил глоток. — Что же, неужто вы не знали, что на Каллоденском поле я встретил лорда Мелтона?

— Знал. Я сам сражался при Каллодене. — Шахматный триумф Грея теперь совершенно не радовал. Майор осознал, что от дыма его несколько мутит. — Однако я не предполагал, что вы вспомните его и что вы знаете о нашем родстве.

— Этой встрече я обязан жизнью и, конечно, никогда ее не забуду, — сказал Фрэзер.

Грей прямо посмотрел на собеседника.

— Насколько мне известно по пересказам, тогда вы не казались особенно благодарным моему брату.

Фрэзер твердо сжал губы, но сразу же успокоился.

— Это так, — тихо произнес он и грустно усмехнулся. — Видите ли, ваш брат никак не хотел отправлять меня на расстрел. Он решил, что его долг — оставить меня в живых, а я в то время не считал эту милость благом для себя.

— Вам хотелось, чтобы вас расстреляли?

Шотландец уставился на шахматную доску отсутствующим взглядом: он, похоже, унесся мыслями куда-то далеко.

— Полагаю, в тот момент у меня имелась для этого причина, — тихо промолвил он.

— Что за причина? — спросил Грей и, поймав на себе внимательный взгляд, торопливо добавил: — Не сочтите это нахальством, просто мне и самому тогда пришлось пережить нечто подобное. И кстати, наши с вами разговоры о Стюартах не привели меня к убеждению, что поражение их претендента было способно привести вас в подобное отчаяние.

Фрэзер чуть улыбнулся и согласно наклонил голову.