Путешественник по Изнанке (СИ)

И тут же отбросил в сторону, словно это оказался раскаленный уголек.

На краткий миг его лицо дернулось, будто я нарушил таинство иллюзии. Но вскоре вернулось в исходное состояние.

— Я вообще поговорить пришел. Если захочешь сбежать, то едва ли это получится сделать. Дом окружен."

"У нас с перевертышем был достаточно низкий уровень доверия. Даже не знаю, с чем это связано. Возможно, с тем, что он пытался меня убить? Да нет, вряд ли. Наверное, я у него подсознательно ассоциируюсь с фигурой отца, который бросил его в детстве. Вот этот вариант больше подходит.

Так или иначе, но он на слово мне не поверил. Потому что со всей прытью, на которую был способен, драпанул вглубь дома. Хотя про то, что не поверил — это я зря. На ходу нечисть оплывала, превращаясь… в меня. Он даже одежду скопировал. Вот ведь, козлина!

Бес было рванул следом, но я успел схватить его за шиворот.

— Гриша, без самодеятельности. Как писали на плакатах «Единой России»: «Вместе — мы сила».

Раздался звук битого стекла, а затем послышался громоподобный голос Аси.

— Пароль!

Перевертыш ответа не мог знать. Поэтому вернулся в дом самым быстрым способом. То есть, обратно, через окно. Я же поспешил в ту самую комнату, куда он и удрал.

Дом был, как бы сказать, так себе. Хозяева и попытались навести легкий марафет, сделав косметический ремонт. Но это из разряда, что можно и из говна сделать конфетку. Только надо не забывать, что это конфета будет из говна.

К примеру, от затхлого запаха чего-то ужасного они так избавиться и не смогли. Даже не запаха, а смрада. Будто скунс заполз в дом, обделался, потом умер и теперь разлагался. Вонь такая, что я бы посоветовал перевертышу обратиться к лору. Неужели он не чувствует?

И только пройдя половину коридора я обнаружил источник запаха. И эта находка на несколько секунд выбила меня из колеи. Потому что за трюмо, будто мешок с картошкой, сидел Печатник. Судя по вони, отсутствующему взгляду и хисту — живой. Вот только нечисть сделала с ним нечто страшное. Рубежник не подавал признаков жизни. Даже взглядом меня не проводил. Вкупе со все еще орущим на весь дом заевшим звонком, подобное зрелище было жутковатым.

— Матерь-заступница, — перекрестился Гриша.

Не знаю, что заставило мне двигаться дальше. Наверное, нечто вроде долга. Но я проскочил мимо Сани со стеклянными глазами и ворвался ту самую комнату, где скрылся перевертыш.

Тот, кстати, лежал тут же. И опять же, в моем обличье. Да нет, не может быть, я повыше. И покрепче. Врешь, гадина!

За окном маячила физиономия Аси. Рубежница выглядела слегка обеспокоенной, но увидев меня с нечистью, довольно улыбнулась.

— Я его еще по карманам признала. Они у него целые!

— Молодец, — показал я ей большой палец. — Ася, здесь Печатник, живой. Но с ним какая-то фигня.