Путешественник по Изнанке (СИ)

Скорее, как Джабба Хатт из «Звездных войн». Не в меру обширный в своем непростом и своеобразном теле, явно не желающий двигаться. Хотя, как мы увидели, перемещается в пространстве он довольно быстро.

При взгляде на это, с позволения сказать, создание, мне стало очень не по себе. Когда более сильный персонаж припирает тебя к стене, сразу появляется желание разговаривать. Как там говорил Конфуций: «Лишь когда комар сядет тебе на тестикулы, ты поймешь, что всегда есть путь решения проблемы без применения силы».

Ну ладно, может быть не вполне Конфуций, но явно кто-то умный. Эх, Мотя, что же тебе мешало договариваться с тем же анцыбалом? Ведь он правда хотел поболтать. Понятно что, у меня не было мотивирующих нечисть козырей. Просто так он бы не отдал мне чертей ни при каких условиях. Решил, блин, показать сначала немного силушки богатырской. Да забыл, что нечисть незрячая.

— Рубежник, — прокряхтело нечто.

Многое чудилось в голосе Водяного Царя. И хлюпанье топи, и крик кулика на болоте, и шум початков рогоза на ветру. Будто трясина ожила и двинулась тебе навстречу. Само собой, приятного в этом ничего не было.

— Здравствуй, Водяной Царь.

Я поклонился, но не слишком низко. Нельзя, чтобы нечисть решила, что я хочу лебезить перед ней. И как бы не тряслись коленки, внешне я старался выглядеть спокойно. Подумаешь, неведомая хрень, которая может меня уничтожить.

— Прости, что без угощения пришел, — вспомнил я про манипуляции Морового. — Молока не прихватил, а вот крови своей пролил с избытком. Твой подручный почему-то решил на меня напасть."

"— Вот по его душу и пришел. За что моего анцыбала убил?

К чести Водяного Царя, он тоже был в относительной мере справедлив, как и леший. Батюшко не пробил мне фанеру, как только узнал про лешачиху. А догнал, допросил и отпустил. Вот и эта нечисть сначала хотела поинтересоваться, собственно, какого фига?

А я почему-то вспомнил один из старых, но очень любимых отечественных фильмов. И страх как-то весь ушел. Начал шпарить, как по бумажке.

— Я гулял. В топях первый раз. Я же не знаю, что у вас не везде можно ходить. У нас, в Подворье, вот везде можно. Шел, увидел деревья красивые, стал любоваться. Возле болота нечисть стала приставать. Я в болото не заходил даже. Я же не понимаю, что от меня хотят. Нечисть начала толкаться, смеяться, шипами костяными угрожать… Флейту отняла.

— Флейту? — ухватился лишь за последнее слово Водяной Царь.

Слава богу. Я думал, что он спросит: «Разве у нас тут есть деревья красивые?».

— Ну да, вот эту, — указал я на музыкальный инструмент. — Я как раз сидел, выпивал немного, в смысле, вдохновения искал.

— Выпивал?

— Ну да, как его, на этот, на ход ноги, — вспомнил я присказку Гриши. — А он пристал, вопросы всякие стал задавать. «Кто такой?», «Куда идешь?».