Злодейский путь!.. [том 9]

Чи Тау рассеянно поднял на него взгляд. Ал подумал, что тот даже толком не понял, что он сказал.

— Вам лучше оставаться здесь, — добавил Ал.

— Мы не можем оставаться, — Чи Тау отозвался так тихо, что Алу пришлось напрячь слух. — Сегодня началась массовая охота. Мы не можем… просто остаться.

— Тиграм никак не поможет ваша кончина! — зло воскликнул Ал. — Благоразумие — это не слабость! Просто придумай такой план, в котором твои люди не гибнут попусту!

Сказав это, он отвернулся и пошел прочь из лагеря. Он не хотел смотреть на боль, отразившуюся на лице Чи Тау. Да, это было грубо, и Ал знал, что из-за его слов Чи Тау будет еще больше винить себя в смерти товарищей. Однако если это поможет ему стать рассудительнее — Ал не против был сыграть роль горького отрезвляющего пойла.

Может, он был столь категоричен из-за того, что сам чувствовал долю вины, оставляя этих парней вот так. Но эта доля вины не шла ни в какое сравнение с беспокойством, удушающей волной разливающемся в его груди из-за отсутствия Шена.

Перед тем, как они столкнулись с неприятелем, Муан сказал, что Шен нашел старейшину Рэна, но тот сбежал от него. В битве Шен не участвовал или, во всяком случае, Ал его не видел. Значит ли это, что он все еще где-то в горах? Где его искать? Что помешало ему вернуться в лагерь?

Надеяться найти его в горах в одиночку — все равно что ставить на один шанс из тысячи, но сколько бы благоразумнее ни было оставаться дожидаться его в лагере — Ал просто не в состоянии был усидеть на месте.

Ветки потрескивали, объятые теплыми языками пламени. Отсветы огня играли на каменных стенах и бросали на лица сидящих друг напротив друга людей причудливые тени. В пещере было тепло, но Ши Ён продолжал тянуть руки к огню. Его тонкие бледные пальцы почти касались языков пламени. Длинные черные волосы пологом окутывали спину и плечи. Ю Си наблюдал за каждым его движением, не в силах отделаться от мысли, что следующий неловкий жест отправит прядь этих волос прямо в огонь. Ши Ён, однако, не замечал этого.

Казалось, Ю Си задремал, потому что раздавшаяся фраза заставила его встрепенуться, будто выплывая из грез:

— Вы не спрашиваете.

Голос прозвучал тихо, и вместе с тем в нем затаились некие тревожно-угрожающие нотки.

Ю Си продолжал молча изучать его, но Ши Ён больше ничего не сказал. Напротив, по его лицу пробежала мимолетная тень, словно он досадовал, что вообще открыл рот. Впрочем, отчего бы и не скоротать время беседой? Ю Си не мог себе позволить сон, но ощущал, что слишком утомлен, чтобы не проваливаться в грезы с открытыми глазами. Нога сильно ныла, но эта боль не бодрила, подстегивая к бодрости, а скорее изматывала, давая утомленному сознанию желание укрыться в забытьи зыбкой дремы.