Злодейский путь!..

- Конечно, я понимаю, что ты бессмертный заклинатель, которому чужды пороки человеческого мира… Но в моей истории нет совершенно ничего, что бы не вписывалось в мотивы обычной человеческой жестокости.

- Как ты можешь так спокойно об этом рассуждать? Это просто бесчеловечно!

- Ах, это бесчеловечно? Тогда как насчет того, чтобы помочь бедняжке отомстить? Может, этого хочет твоя прославленная честь воина? Потому что я собираюсь выкопать ее гроб и избавить, наконец, мир живых от ее присутствия.

Муан хмуря брови смотрел на него.

- Это неправильно. Если все, что ты сказал, правда, то нам следует…

- Что «следует»? Привлечь ответственных к закону? Назначить справедливое наказание? Девчонка мертва. Главный виновник – отец – уже получил наказание. Еще одной действующее лицо, которое, должно быть, приняло не последнее участие в ее смерти, тоже погибло. Но подробностей мы уже никогда не узнаем. Так чего ты хочешь?

- Я… Не знаю.

- Что ж, хорошо.

- Хорошо? – возмущенно переспросил Муан.

- Да. Солнце уже заходит. Дождемся ночи, чтобы наверняка ее успокоить.

Не слишком вдаваясь в обсуждения, заклинатели спрятались неподалеку, чтобы хорошо видеть интересующую их могилу. Шен окружил их кругом из нескольких талисманов, прикрепленных к деревьям. Теперь они станут невидимыми для всякой нечисти.

- Как ты обо всем этом узнал? – после довольно продолжительного молчания, спросил Муан.

- Я видел… светлую часть ее души.

Муан долго испытующе вглядывался в его лицо. Через какое-то время этого молчаливого созерцания, это все-таки заставило Шена смутиться.

- Что? – не выдержал он.

- Тебе не кажется это ненормальным?

Шен саркастично скривился. «Серьезно? В мире, где люди летают на мечах и обладают духовной энергией, способной творить заклинания, а горожане жалуются на духов, как на бешеных лисиц, Муан хочет убедить его, что видеть призраков не нормально?»

Молчание вновь затянулось, и на сей раз было прервано звуками, доносящимися со стороны свежей могилы. Земля над гробом пришла в движение и стала слегка приподниматься, будто кто-то толкал ее изнутри. Затем она приподнялась еще сильнее, и на поверхность высунулась белая рука. Пыхтя и издавая неприятное мычание, наружу высунулась голова, руки стали подтягивать тело, и через несколько томительных минут мертвец полностью оказался на поверхности.

При жизни она определенно была хрупкой девушкой, даже некоторая красота ее облика все еще сохранилась, хоть и подернулась ужасом гниения и смерти. Скованно передвигая конечностями, мертвец медленно побрел прочь с кладбища.

Подождав, пока труп скроется за деревьями, Шен скомандовал Алу и Муану брать лопаты. Первый выполнил распоряжение с энтузиазмом и беспрекословно, второй – возмущенно буравя в Шене дыру взглядом.