Путь Стаи (СИ)

Ты должна это выпить!

Он придал ей сидячее положение, усевшись у ее изголовья и прислонив ее к своей груди. Перед ее губами появилась чашка с дымящимся отваром.

— Что это? — спросила она, принюхиваясь. Она не припомнила, чтобы варрэны разбирались в лечебных травах.

— Я перерыл твою сумку и нашел там мешочки с травами. На них подписано «от жара», «от боли», «от рвоты». Я заварил тебе от жара. Пей, — ответил Хоегард.

Она и забыла о том, что заходила на рынке в лавку травника. Как хорошо, что Хоегард умеет читать и смог разобраться в них самостоятельно. Динка благодарно отхлебнула из кружки, хотя жара она совсем не чувствовала. Все тело сотрясал озноб, и она никак не могла согреться.

— Полежи со мной. Мне так холодно, — жалобно попросила она, прижимаясь к его теплому боку.

— Да, малышка. Сейчас, — прошептал он, устраиваясь на краю узкой койки и буквально обволакивая ее своим телом. — Где болит?

— Здесь, — Динка, скрипнув зубами, схватилась за свой многострадальный живот и снова скрючилась от новой волны боли. Но тут его теплая широкая ладонь легла на ее покрытую мурашками озноба кожу внизу живота и начала бережно поглаживать, прогоняя мучительные спазмы. Согретая его теплом, Динка снова провалилась не то в сон, не в забытье.

В каюте варрэнов царило напряженное молчание. Тирсвад и Дайм сидели на своих кроватях, мрачно глядя перед собой. Шторос метался из угла в угол, словно тигр в клетке. Когда дверь открылась и вошел Хоегард все взгляды устремились на него.

— Что с ней? — прорычал Шторос, бросаясь на товарища звериным прыжком. Но на подлете получил такой удар кулаком по лицу, что отлетел к противоположной стене и с грохотом врезался в нее спиной.

Хоегард, перешедший в звериный облик, с устрашающим рычанием обвел взглядом троих варрэнов. Дайм и Тирсвад напряглись, выпустив когти и зубы, но оставались на своих местах, сверля его взглядом. Шторос поднялся с пола, вытирая кровь с разбитой губы тыльной стороной ладони, и тоже настороженно замер.

— Идиоты! — прорычал Хоегард. — Мы все безмозглые похотливые ублюдки!

Его потрясывало от напряжения, кулаки сжимались и разжимались, а острые когти впивались в ладонь.

— Объясни уже нормально, — проворчал Шторос, опускаясь на свою койку. Заметив, что его друг не в себе, он не пытался больше к нему приблизиться.

Хоегард прислонился спиной к косяку двери, запрокинул голову и жадно хватал ртом воздух, пытаясь успокоиться. Остальные терпеливо ждали.

— Кажется, она понесла, но ее тело не справляется. Сейчас либо она скинет этого ребенка, либо погибнет сама вместе с ним, — произнес он тихо, втягивая клыки и когти. — Я ничем не могу ей помочь, — добавил он хрипло, сползая на пол и обхватывая рогатую голову руками.