Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

— Это опасно для самураев, которым предстоит воевать. Сэнсэй Ямада, поделитесь с учениками своей мудростью.

Сэнсэй Ямада подошел, опираясь на посох.

— В любой яблоне бывает одно плохое яблоко, но это не значит, что прогнило все дерево. — Он теребил пальцами кончик длинной седой бороды. Тихий голос звучал ясно и четко, перекрывая шум сражения. — Тяжелые времена лишь укрепляют корни нашей школы.

— Можно твой колчан? — Сэнсэй Ямада приблизился к Акико.

Акико удивленно протянула ему холщовый мешок. Сэнсэй Ямада вынул одну стрелу и подал Ямато.

— Сломай ее надвое.

Ямато растерянно заморгал. Сэнсэй Ямада ободряюще кивнул. Юноша взял деревянный стержень и без особых усилий разломил его на две части.

Сэнсэй Ямада достал три стрелы и снова дал Ямато.

— Сломай все три сразу.

Держась за деревянные стержни, Ямато бросил извиняющийся взгляд на Акико. Ему было неловко портить ее драгоценные стрелы с соколиным оперением. Он принялся ломать их руками, потом через колено — стрелы не поддавались. Сэнсэй Ямада жестом остановил Ямато.

— Один самурай — как одна стрела. Может убить, а может и погибнуть сам, — объяснил он, возвращая колчан Акико. Сэнсэй поднял три стрелы высоко над головой. — Только сообща мы останемся сильными и непобедимыми. Помните это, юные самураи Нитэн ити рю. Семь добродетелей бусидо навеки связывают вас между собой."

"— ХАЙ, СЭНСЭЙ! — воодушевленно прогремели ученики. — ДА ЗДРАВСТВУЕТ НИТЭН ИТИ РЮ!

Крик эхом отозвался в крепостных стенах. Канонада внезапно смолкла.

41. Праздник созерцания луны.— Будешь кати гури? — спросил Ёри. Лицо его сияло в бледном свете луны.

Он протянул Джеку блюдце с коричневыми орешками. Тот стоял над перилами деревянного моста в чайном саду цитадели, задумчиво наблюдая за золотой рыбкой.

— Это сушеные каштаны, — объяснил Ёри и взял с блюдца одну штуку. — А еще кати означает «победа». Поэтому его светлость и велел подать их на праздничный стол. Мы победили, Джек! Победили без боя!

Джек тепло улыбнулся, глядя на бурную радость друга, и попробовал сладкий каштан. Недаром это вкус победы.

Военные действия прекратились неделю назад. Даймё Камакура направил соглашение о мире и признал, что попытка захватить Осакский замок была ошибкой. Неожиданно раскаявшись, он пообещал, что не будет нападать на преданных Сатоси людей, оспаривать его право на престол и прекратит преследование чужестранцев. Камакура даже запечатал документ каппаном — кровью из своего пальца — в знак того, что признает его священным и нерушимым.

Такой поворот событий ошеломил всех, особенно Масамото. Он не верил, что враг сдался так быстро, ведь война едва началась. Со свойственной ему осмотрительностью Масамото настаивал на продолжении тренировок в Нитэн ити рю.