Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

— Я в любой момент уничтожу тебя с помощью «Двух небес», — заявил Кадзуки, наслаждаясь ужасом в глазах Джека.

— Не посмеешь!

— Я-то как раз посмею! Именно это отличает настоящего самурая от гайдзина вроде тебя. — Кадзуки надавил на меч, и у Джека на шее выступила капля крови.

Юноша поморщился, чувствуя, как стальное лезвие впивается в кожу. Даже отодвинуться было некуда. Кадзуки мстительно ухмыльнулся и кровожадно сверкнул глазами.

— На сей раз я тебя пожалею, — сказал он, убирая лезвие.

Джек перевел дух и тут же снова оцепенел — перед глазами мелькнул стальной клинок катаны. Скользнув мимо носа, лезвие распороло левую щеку.

— Это тебе на память!

Кадзуки зашагал прочь. Из щеки Джека сочилась кровь, и на белоснежный песок падали красные капли.

24. Шпион— У тебя снова идет кровь, — сказал Такуан, когда они на следующий день вели лошадей в школьную конюшню. — Наверное, открылась рана.

Джек поднес руку к щеке, которую теперь пересекала кровавая отметина.

— Красивый будет шрам, — заметил Такуан. — Правда, ты до сих пор не сказал, где тебе так досталось.

— На тренировке по технике «Двух небес», — уклончиво ответил Джек.

— Я рад, что не попал туда!

— Что ты имеешь в виду?

— Акико тоже поранилась на одном из уроков.

Джек удивленно уставился на Такуана.

— Разве ты не заметил у нее на руке повязку?"

"Джек покачал головой. Он-то хорошо знал, что на этих уроках никто ничего не повредил. Понятно, почему он сам не хочет говорить всю правду про свой порез, а что скрывает Акико? И главное, откуда у нее рана?

— Мне пора. — Такуан протянул Джеку поводья. — Заведешь их в конюшню, ладно? Я обещал позаниматься с Акико поэзией.

— Конечно, иди. — Джек вымученно улыбнулся.

— Спасибо. В следующий раз поработаем над твоей посадкой в седле.

Такуан поклонился и зашагал к школе.

Пока Джек расседлал и привязал лошадей, начало смеркаться. Нужно было спешить: в Бутоку-дэне его ждал Таро. Джек гораздо охотнее учился технике «Двух небес», чем верховой езде. Первая совместная тренировка оказалась очень удачной — к концу Джек почти освоил удар «Кремень и огниво». Таро оказался прирожденным учителем, и они решили не останавливаться на достигнутом, а встречаться каждый вечер. За завтраком Джек с жаром рассказывал Акико о занятиях с Таро в надежде, что она присоединится к ним. Увы, он зря старался — Акико всегда была занята. Теперь он знал с кем — с Такуаном.

Джек подсыпал в кормушки сена, и тут задняя дверь конюшни со скрипом отворилась.

— Ну, что ты узнал? — послышался хриплый девчоночий голос.

— Отец говорит, у даймё Камакура уже пятьдесят тысяч воинов.

Говорил Кадзуки.

— Пятьдесят тысяч! — восторженно просипела его собеседница.

Джек прокрался в ближайшее свободное стойло и посмторел сквозь щель в перегородке.