Юный самурай : Путь воина. Путь меча. Путь дракона

 — И не называй его гайдзином, иначе придется иметь дело и со мной.

Силы были равные. Малыш беспокойно переводил взгляд из стороны в сторону и ждал, что будет дальше.

— Ты еще пожалеешь, что сунул свой длинный нос в наши дела!

Хирото ткнул тощим пальцем Джеку в грудь, махнул Горо, и они удалились.

— Как ты? — спросил Джек.

Мальчик шмыгнул носом и потер ушибленную голову. Он поднял на Джека покрасневшие глаза и вдруг выпалил:

— Они сказали, что я предатель, что я больше не японец и не достоин называться самураем и что меня накажут, если я не отрекусь от своей веры!

— Но разве им плохо оттого, что ты буддист? — удивился Джек.

— Я не просто буддист. В прошлом году моя семья приняла христианство.

Джек опешил. До него, конечно, доходили слухи о гонениях на христиан и о том, что гайдзинов хотят выгнать из Японии, но он всегда думал, что притеснения касаются только христиан-чужестранцев. Джек и не подозревал, что все это относится и к японским христианам тоже. Если уж такие притеснения начались в стенах Нитэн ити рю, что же творится за ее пределами? Мысль о прогулке в горы Ига больше не казалась ему заманчивой. Теперь на карте стояла жизнь!

37. Испытание тела.Дождь хлестал без пощады.

Узкая дорога, взбитая копытами лошадей и человеческими ногами, превратилась в грязное месиво. Пешие тащились по ней не быстрее улиток. Вдоль обочин тянули ветки к отяжелевшим брюхам туч высокие деревья, заслоняя свет уходящего дня. И с каждым шагом в сердцах путешественников, поднимавшихся в городок Ига Уэно, росло беспокойство. В темной чаще могло скрываться множество опасностей: и дикие звери, и разбойники.

Цепочка учеников устало плелась по лесной тропе. Возглавляли ее всадники — Масамото и сэнсэй Хосокава. В Круг трех приняли только шестерых, но пойти с ними в горы пригласили всех желающих. К отряду присоединилась половина школы, но многие уже пожалели об этом решении.

Внезапно из подлеска что-то вылетело и метнулось к сэнсэю Хосокава.

В сумерках тускло блеснул меч.

И замер. Над головами пролетел тетерев. Птица и не подозревала, как близка была ее смерть.

Масамото рассмеялся:

— Что, старый тетерев тебя напугал, друг мой? Или ты решил позаботиться об ужине?

Джек заметил, что сэнсэй Ёса тоже схватилась за оружие. Она медленно отпустила натянутую тетиву и вложила стрелу обратно в колчан. По правде говоря, из всех учителей спокойным остался лишь сэнсэй Кано. Похоже, он с самого начала понял, что в кустах нет никакой опасности.

— А почему наставники такие нервные? — спросил Джек, догнав Акико.

Вообще-то он и сам нервничал не меньше. Пусть его защищал Масамото, Джек опасался, что какой-нибудь самурай, верный даймё Камакура, не догадается об этом и захочет выпроводить чужака из Японии при помощи доброго слова или меча.