Путь магии и сердца

Взрыв беззвучный, но, дохлый тролль, неприятный. Неприятен он тем, что оба оказались правы — и Кир, и я. Арбалетные болты — четыре штуки, и все для меня. Молния подкласса «сталь», второй порядок, для Кира.

Поднять щит, разумеется, успеваю — а что тут уметь, если схема так прочно сидит в сознании, что даже второе зрение перекрывает. Болты и молния, конечно же, вязнут. Вернее, смертоносные жала просто отлетают, а молния рассыпается, слегка покорёжив защиту.

Следом за ней прилетает сгусток расплавленного пламени, первый порядок, но… физический щит, он выше, вне классификации. Нет, отбить не отбивает, но слегка рассеивает, замедляет, даёт дополнительную секунду, в которую успеваю подставить ещё один, малый щиток, который гасит атаку полностью.

О том, что при работе в спайке физический щит даёт максимальное искажение атаки, ничуточки не беспокоюсь. Как там Кирстен говорил? Мой щит очень послушный?

Да, так и есть! Волновая атака, которой наградил нападающих синеглазый, проходит сквозь полотно, даже не задев узор щита. Двойной крик где-то справа. Яркая далёкая вспышка — попытка ответить на удар Кирстена. Последняя попытка, судя по силе выброса.

Ловлю. Удерживаю. Прикрываю глаза, когда вторая молния подкласса «сталь» разлетается миллионом ослепительно-ярких искр. Лошадь встаёт на дыбы, но я держусь. До судороги сжимаю коленями покатые бока.

Снова слышу крик, на этот раз слева. И лишь после этого осознаю, что за ту секунду, которую потратила на гашение второй молнии и попытку удержаться в седле, Кир успел ещё одну атаку провести. Ударил, чтобы тут же обернуться и бросить моей гривастой компаньонке:

— Гриен фахк!

Лошадь застывает, а я легко скатываюсь с крупа и тут же встаю на ноги. Щит держу. Держу и отпускать не собираюсь. Слишком хорошо понимаю, что нападение — не случайность, поэтому ошибаться нельзя! Эта семёрка именно нас ждала. Меня и Кира.

Новая вспышка и новый крик. Лошадь Кирстена начинает гарцевать, приходится отскочить на два шага и расширить щит.

С пальцев брюнета ещё две молнии срываются. Но на этот раз никаких криков, что совершенно ожидаемо — эти молнии не боевые, диверсионные, с характерным изумрудным оттенком. Большинству подобные заклинания недоступны, ибо требуют хоть какого-то дара к целительной магии. У Кирстена дар есть.

Последний удар из той же серии, только цвет молнии насыщенней. И опять никаких звуков, но Кирстен стряхивает с пальцев остатки магического заряда, рычит на ухо взбунтовавшейся лошади уже знакомое заклинание, и та, равно как и моя, застывает. Синеглазый легко спешивается, в два шага оказывается рядом.

— Эмелис, ты как?

— Отлично, — выдыхаю я.

— Уверена?

— Да, дорогой.