Путь ликвидатора

Стражники сняли с Седого кандалы и втолкнули в одну из них. Когда шаги воинов затихли в гулком коридоре, Сергей улегся на солому и впал в размышления.

Несомненно, Торн был нанят Сетусом. Вполне возможно, что он вообще не был преступником, а использовался в качестве подсадной утки, единственной целью которой было убийство Седого. Господи, кто-нибудь когда-нибудь прибьет эту бешеную собаку королевской крови за ее злодеяния? Нужно бежать…

И тут Сергея словно током ударило… И почему раньше эта мысль не приходила ему в голову?! Его побег мгновенно аннулирует все договоренности с Тавром, и семейство Отра вновь окажется в опале. Выйти отсюда можно только легальным способом. Но как?!!

Его размышления прервали шаги, отдававшиеся гулким эхом в сводчатом коридоре. В сопровождении стражи к нему пожаловал сам лорет Тавр, сопровождаемый братом. Один из стражников, державший факел, высокомерно произнес:

– Встать, смертобой! Великий лорет и его брат пришли задать тебе несколько вопросов перед тем, как тебя казнят!"

"Седой молча поднялся на ноги и взглянул на правителя Тирантома – глаза лорета метали молнии. Нахмурившись, Тавр грозно произнес:

– Я считал, сомбарец, что мы с тобой обо всем договорились. То, что ты совершил сегодня, называется убийством – ты лишил жизни будущего смертобоя, который мог принести казне немалую прибыль. Я готов выслушать тебя, и если доводы, приведенные тобой, не окажутся достаточно вескими, ты будешь немедленно казнен. Я жду объяснений!

Седой тяжело вздохнул и вкратце объяснил лорету то, что произошло в лагере смертобов.

– Ты говоришь – у него был кинжал? – грозно вопросил лорет и обернулся к начальнику стражи лагеря, стоявшему за его спиной. – Как получилось, что у смертобоя вне арены оказалось в руках оружие?!

Тот лишь виновато пожал плечами, не зная, что ответить, но тут вмешался Сетус:

– Брат, коварство этого сомбарца не имеет границ. Наверняка он сам раздобыл где-то кинжал и подбросил его новичку, чтобы опорочить его в твоих глазах. Позволь мне положить конец его существованию, являющемуся прямой угрозой для короны.

Тавр вопросительно взглянул на Сергея:

– Что ты можешь ответить на это, убийца?

– То, что я всего лишь защищал свою жизнь, – спокойно ответил Седой. – Я никогда не знал этого человека, и у меня не было никакой нужды убивать его. Что касается кинжала, то опросите свидетелей – за нашим поединком наблюдало не менее десяти человек. Боюсь, что забыл упомянуть одну важную деталь: едва появившись в бараке, Торн заявил, что за мою смерть ему кем-то обещана свобода. Думаю, что среди смертобоев найдутся те, чьи уши слышали и эти слова.