Путь хранителя

Даже настоятель лично осматривал помещения, покрикивая на всех, кто подворачивался под руку. Эдуард и сам складывал ладони, выворачивая пухлые пальцы в каких-то сложных сплетениях.

Магические вспышки беззвучно появлялись то там, то тут, а остаточный фон начали чувствовать все без исключения. Оракулам пришлось особо тяжко, Герман морщился без остановки, хватаясь то за голову, то за сердце.

Время до начала первых экзаменов стремительно приближалось, а затем мучительно замедлилось, превратив день в бесконечный.

Я старался везде идти последним, надеясь на усталость преподавателей. Но это помогло мало, учителя не брезговали эликсирами, судя по слабо светящимся глазам. И были бодры и внимательны до зубовного скрежета.

То ли с перепугу, то ли благодаря улучшенной памяти, я сдал почти всё. Не без скандалов и даже одного вызова начальства для подтверждения, что «вот такую тварюгу сам шатал». Больше всего я страшился алхимии, но её завалили все. Причем большинство этому обрадовались, ведь никто не пострадал. Почти.

Одному искателю оторвало два пальца, пара защитников повторили модные изыскания Строганова и окрасились в зеленый цвет, а тощий паренек-инквизитор раздулся до размеров Карла, чему ничуть не опечалился.

Опечалился преподаватель. Магистр разнес походную лабораторию, которую для безопасности установили в зарослях подальше от строений, спалил несколько реликтовых деревьев и принялся гоняться за двоечниками, пытаясь их полить какой-то смесью.

Мужика успокоили коллеги, набросив сеть и вколов успокоительное. Для надежности несколько доз. Так сдачу предмета перенесли на неопределенный срок, требуемый для реабилитации вышедшего из строя излишне чувствительного специалиста.

После этого пошло легче, ну а завершающие военные игры на полигоне для меня стали и вовсе отдыхом.

Я отстрелялся, сдал все нормативы и спрятался в одном из выставленных убежищ, заняться более интересными делами. Под крики, взрывы и выстрелы я взялся за телефон.

Написали мне, кажется, все кого я знал и не знал. Наемники, Еврипий, Артур, Воронецкий и даже брат Меньшиковой. Молодой князь приносил извинения, оправдываясь тем, что его прижали к стенке в самый неудачный момент. Также он сообщал, что Яну отправили в закрытое учреждение, учебно-лечебного типа. На какой срок, неизвестно.

Я лишь понадеялся, что там ей действительно помогут. Судя по словам моего камердинера, магический прорыв опасная штука и без хорошо обученных людей может закончиться фатально. Наверняка и характер у неё такой взрывной был по этой причине…

Читал и отвечал я долго, просидев в своем укрытии почти все военные действия.