Путь хранителя

Катя довольно отметила испуг в моих глазах и поднялась, протягивая мне руку на прощание. Я подошел и тут же оказался в её объятьях, коварная девица молниеносно обхватила мою шею и потянулась для поцелуя.

И пока в моей голове стремительно проносились мысли, как выпутаться из этого положения, со стороны набережной разнесся вопль:

— И как это понимать?

Там стоял бледный Герман и картинно держался обеими руками за разбитое сердце. Но хуже этого зрелища было то, что за его спиной стояла княжна Меньшикова. Яна явно пришла пешком, иначе звук мотоцикла заранее предупредил меня.

И вдобавок, словно я этого не понимал, моя пушистая хранительница высунулась из жилища и подвывая, сообщила:

— Чувствуююююю! Кабздец тебе, Илья, — пророчество закончилось сдавленным смешком и усатая скрылась.

Проходной двор, мать их, а не потрепанная временем ржавая баржа. Видят боги, в императорском дворце меньше посетителей, чем у меня! В какой миг короткой новой жизни я упустил этот момент? Нет, однозначно нужен дом в лесу. Хорошо укрепленный, можно ров вокруг выкопать. Демонов каких-нибудь прикормить и охранять поставить…

Мои фантазии стать темным властелином прервались, не успев толком начаться. Екатерину ситуация ничуть не смутила, девушка так и висела на мне, прижимаясь и явно наслаждаясь произведенным эффектом.

Яна хмурилась, но возмущаться не торопилась, порадовав меня. Давай, милая, подумай о том, что это точно было бы слишком.

Графу же, в отличие от моей княжны, мыслительные процессы сейчас были чужды. Парень показывал весь спектр эмоций, бледнея, краснея и раскрывая рот, не в силах выразиться. Уверен, будь он защитником, уже призвал бы оружие и ринулся устраивать дуэль. Недооценил я серьезность его увлечения.

Не делая резких движений, я освободил свою шею от захвата рыжеволосой хранительницы, сделал небольшой шаг назад и поприветствовал нежданных гостей кивками:

— Яна, Герман. Желаете выпить чаю?

Юный граф определился с цветом кожи и остановился на сине-белом оттенке. Его грустный взгляд, направленный на водную гладь за бортом, заставил меня принять непростое решение.

Оставлять двух девушек наедине мне не хотелось, но пока влюбленный не сиганул в реку, я подхватил его под руку и, бросив «мы на одну минуту», затащил парня внутрь. И молился, чтобы когда мы вернемся, меня не ждали ещё большие проблемы.

— Так, сразу скажу, — я слегка встряхнул оракула, чтобы вернуть в реальность. — Ничего не было и не будет у меня с твоей Катей. Слышишь? Прием!

— Но ты… Но я… Но она… — граф упорно бредил, не желая брать себя в руки.

— Эй! — я залепил ему звонкую оплеуху, от которой у самого в ушах зазвенело.

Это возымело действие. В его глаза вернулась осмысленность, а за ней проснулась злость.