Путь хранителя

 — Под графской короной. Родовые цвета представлены, — она заглянула в бумаги и прочитала: — угольно-черным и кроваво-красным.

— Пыльно-черным, — нахмурился я.

Зря что ли подбирал подходящие для канцелярии пафосные названия?

— Пыльно-черным и кроваво-красным, — с понимающим видом исправилась она. — Всё верно? Вы подтверждаете предоставленную информацию?

— Да, всё верно, — я даже поклон изобразил, проникнувшись важностью момента.

Сейчас моя фантазия будет увековечена и пути назад не будет. Не дай боги ещё раз сюда явиться, чтобы исправить хоть одну букву…

Клавиатура вновь ожила под её шустрыми пальцами.

— А вы знаете о нашем специальном предложении? — вдруг загорелись пугающей надеждой глаза чиновницы.

Да вашу ж мать, бездну. Я настолько растерялся от неожиданности, что Глафира Петровна успела за несколько секунд предложить мне ускоренное оформление прислуги, пакет ненаследных титулов с отложенным сроком действия и скидку на ритуалы принесения клятвы верности в моей же обители!

— Не надо…. — дрогнул я под неистовым напором имперского маркетинга.

Ей удалось таки впарить мне те самые титулы с отсрочкой. Я подмахнул допсоглашение, лишь бы закончить наше общение. Да и цена мне тогда показалась приемлемой. За возможность уйти отсюда.

— Согласование будет осуществлено в срок от пяти до тридцати рабочих дней! — радостно выдала она, захлопывая крышку ноутбука с видом победителя.

— Благодарю, но мне нужно завтра, — я сложил руки на груди, даже не дернувшись в сторону выхода.

Чем заслужил взгляд, наполненный восхищением вперемешку с недовольством. Ларс и тут меня просветил. Можно было ускорить процесс при условии необходимости. Например, когда нужно было принять на службу роду храмовника… Пусть тот пока о такой необходимости не знал. Но думал же.

В обитель я ехал, как победитель гладиаторских боев. Ну или королевской битвы. На колеснице бизнес-класса и с видом, наверное, благородным. Успел я ровно на последнюю теоретическую пару и влетел в аудиторию со счастливой улыбкой.

— Адепт! — улыбка преподавателя по алхимии была как минимум настораживающе счастливой.

Но мужик в засаленной клетчатой рубаху в принципе всегда выглядел немного не в себе. Я сразу начал подозревать его в злоупотреблении результатами практических занятий. Сам я не решался даже нюхать то, что приготовляли адепты. Особенно после того, как у одного из них на неделю отказала рука.

— Вы, смотрю, слишком хорошо знаете предмет, поэтому удостаиваете нас столь редкими визитами, — его вступление не обещало ничего хорошего. — Так что прошу, — он указал на мини-лабораторию, размещенную неподалеку от учительской трибуны. — Порадуйте нас зельем концентрации. Уверен, что такое, самое простое, вам удастся на славу.